газета «Центр Азии»

Суббота, 23 сентября 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 1998 >ЦА №33 >Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездо

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездо

Люди Центра Азии ЦА №33 (13 — 19 августа 1998)

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездоИмя Сергея Конвиза в последнее время появляется на страницах местной печати все чаще и чаще. А на коммерческом телеканале «Тува-ТВ» он и вовсе стал «звездой экрана». Пожалуй, в этом отношении он уже составил конкуренцию даже Президенту РТ. Причем, очень интересно: если в одной газете он подается только в черном цвете, то в другой – только в белом. А каков же он на самом деле?

Что он хочет, этот на вид совсем не воинственный человек, не лезущий «за словом в карман», постоянно «нарываясь» со своей критикой на неприятности? Прав ли он? И вообще – откуда он взялся? Об этом мы беседуем в его квартире в панельной пятиэтажке, расположенной в центре города.

Сергей Семенович, как бы вы сами охарактеризовали себя одним сло­вом: бизнесмен, поли­тик, оппози­ционер?

– Здравомыслящий человек.

Вас часто ругают «оппозиционе­ром». Обижаетесь ли вы? Считаете ли это слово отрицательным?

– Нет, конечно. Если бы в природе не было оппозиции, то не было бы никаких изме­нений. Оппозиция – это двигатель про­гресса. Всегда должны быть оппоненты, что­бы в споре родилась какая-то истина. Главное, чтоб позиция была принципиальной и каж­дую неделю не менялась.

Я, имея практический, деловой багаж, вижу, что правительство занимается не тем, чем нужно. И об этом говорю. Я человек прямой и достаточно смелый, чтоб об этом говорить. Вот и все. А то, что ругают... Я думаю, правильно ругают. Ведь, если меня не ругать, тогда им нужно принимать какие-то меры. Меры к самим себе. А они не могут. И вся энергия уходит в гудок.

Кого у вас больше друзей или врагов?

– Ну, если по большому счету, то у меня дру­зей только трое. Это друзья детства, с кем я родился, вырос. Один друг в Кызыле, один – в Омске, один – под Владивостоком. Я, не­взирая на такую, вроде бы, открытость, не так просто схожусь с людьми. И вообще, я считаю, что настоящая дружба рождается тогда, когда нет меркантильных, деловых интересов. Когда просто душой дружат люди. И это – самое ценное в жизни. А товарищи, соратники – это все-таки другое.

У меня еще с института была поговорка: «Мы сильны своими друзьями». И если есть друзья, на которых можно положиться всегда, в любую минуту, это значит – жизнь твоя будет нормальной.

Я просто не представляю – есть люди, одиночки, которые не имеют близких друзей. Я не понимаю, как они живут? Так можно жить, только если у тебя все прекрасно. Но так не бывает. Жизнь состоит из взлетов и падений. А во время падений на помощь товарищи могут и не прийти. А вот друзья придут обязательно.

А у вас падений было много?

– О, я всю жизнь только тем и занимался, что залазил на скалу и со свистом падал.

Я в 23 года был начальником производ­ства Тувинского машиностроительного заво­да. Оттуда, после ссоры с директором, со свис­том ушел. А в 32 года был замес­ти­телем управ­ляющего трестом «Тувинстрой». Когда сме­нился управляющий, я точно так же, со свис­том, закрыл дверь там. В 34 года я был замес­тителем начальника Главснаба. И оттуда тоже – встал, и ушел. Правда, без свиста.

И, уходя, никогда не переживал, найду ли другое место. И даже жена не беспокоилась, когда я в очередной раз «свистел». Я уходил, а через неделю поступало три-четыре пред­ложения. И намного лучше, чем мое преды­дущее место.

Моя жизнь так распоряжается, что мне регулярно приходится проверять на проч­ность товарищей.

Вот, допустим, взяли меня и посадили. Ну, сижу я и так про себя думаю: «Кто же там забеспокоится обо мне?» Что вы дума­ете? Генрих Яковлевич Эпп поднял на ноги всех: прокуратуру, весь город. И кроме меня им пришлось еще пол-ивээса (прим.: ИВС – изолятор временного содержания при горотделе внутренних дел) отпустить. Настолько большой был резонанс.

А некоторые поступили наоборот.

Вот так моя жизнь распоряжается, что мои товарищи все время проверяются на крепость. И я рад, что очень многие эту проверку регулярно выдерживают.

Не слишком ли вы категоричны в своих выступлениях и критике? Не накаляет ли это еще больше и без этого напряженную ситуацию?

– Надо просто различать: когда народ жи­вет плохо, а ему говорят, что жизнь прекрасна, то народ испытывает нетерпение, а когда народ живет плохо, и ему рассказывают, почему он так живет, это, наоборот, смягчает ситуацию. Есть и другой момент – если в такой ситуации продол­жать гладить по голове наше правительство, наших руково­дителей, то не будет никаких предпосылок для улучшения положения.

Не мне лично надо, чтоб экономика разви­валась, чтоб у людей появилась уверенность в завтрашнем дне, чтоб они не уезжали из Кызыла, чтоб дети и внуки продолжали в Туве наше дело. Не мне лично это надо!

Меня ведь звали и в Красноярск, и в Новосибирск, и в Санкт-Петербург. Пред­лагали открыть свое дело в Москве. Так что лично для себя я бы эти проблемы решил. Но как гражданин, уважающий, любящий республику, в которой я родился и вырос, отойти в сторону я не могу. Хотя в политику пришел совершенно случайно. Никогда и мысли у меня не было идти в политику.

А получилось так: когда работал в Глав­снабе, его начальник Санчы баллотиро­вался в Президенты (прим.: в 1992 году во время первых выборов президента Тувы Баир Санчы был единственным конку­рентом Шериг-оола Ооржака). И хотя я почти не имел отношения к его предвы­борной кампа­нии, наш Президент Ооржак всех, кто был рядом с Санчы, записал во враги. И таким образом он меня втянул в эту политику.

Сергей Семенович, будьте спра­ведливы: здесь-то уж за что прези­дента критиковать? Если так было, надо спасибо сказать он по­мог вам найти истинное призвание.

Кстати, вы назвали себя «дос­та­точно смелым». Это у вас приоб­ретенное или врожденное качество? Кто ваши родные?

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездо– Я родился в Кызыле. Мама родилась в Ээрбеке, папа приехал из Москвы, его в Туву прислал Сталин.

В смысле направил или в смысле сослал?

– Отец, Семен Львович, в 1941 году ушел добровольцем в московское ополчение. В 1943 году был капитаном, командиром ба­тальона. Его сильно ранило и до 1946 года он был в госпиталях.

Потом работал главным инженером строительства Химкинского комбината, и у него с высоты упал рабочий и разбился. А вре­мена были строгие... Но позже его реа­би­литировали.

А такой характер у меня, скорее, от мамы – Евгении Николаевны. Она, хотя уже и в воз­расте – ей 66 лет, до сих пор человек прямой, смелый, решительный, всегда говорит правду.

А что это была за история с дочерью Пальмбаха?

– Это было в 89-90 годах, где-то в то время, когда «Хостуг Тыва» был на подъеме с националистическими лозунгами. И какие-то парни-тувинцы на лошадях скачут по дачам. А моя мама летом всегда на даче живет, на Вавилинском затоне. Забор у нас там низенький, – подъехали и говорят:

– Ты, бабка, собирайся и уезжай из Тувы. Тува – для тувинцев.

А она прикинулась, что вроде как не поняла и по-тувински говорит им (а она тувинским в совершенстве владеет):

– Мальчики, вы что прискакали, вам, может, огурчиков надо?

Они были ошарашены, что русская старуха так запросто по-тувински говорит, и спрашивают:

– Мать, ты кто?

А она, не моргнув глазом:

– Дочь Пальмбаха.

А Пальмбаха же все знают. Тувинцы знают, что Пальмбах – еврей из России, создавший тувинскую письменность.

Ну, они слезли с лошади, улыбаются и говорят:

– Мать, ты живи здесь, и никто тебя не тронет.

Это, кстати, с одной стороны маму мою характеризует, как человека очень наход­чивого, умеющего найти общий язык со всеми. А с другой, показывает, что разговоры о национализме надуманные. Если людей специально не стравливать, с ними, даже если они как-то воинственно настроены, а ты – нормально себя ведешь, сразу налаживается контакт.

А был еще случай. Был такой депутат, Союза еще, Сергей Стрелавин. Его дача по соседству с моей. Так у него всегда была очень хорошая картошка. И однажды мама смотрит: приехали трое на ГАЗике – один караулит, а двое копают. Ну, она подходит и говорит водителю:

– Милый, тебя участковый-то нашел?

– Какой участковый?

– Да участковый тебя спрашивал недавно. Ну, он сейчас вернется.

Тот посигналил, быстро упали в машину и уехали. Хотя, конечно, какой там участ­ковый – на дачах, кто их там когда видел! Но вот так картошку соседа спасла.

А что за легендарная семейная история о том, как мама спасла папу, используя свои личные связи с первым секретарем обкома КПСС?

– Мама моя в 14 лет работала офици­ант­кой в правительственной столовой, обслуживала Салчака Калбак-Хорековича Тока. Как известно всем, Тока был очень мягкий, человечный.

Она даже такой пример рассказывала. То­ка страдал диабетом и сладкого не ел. Но он поест и закажет пять конфеток. А порядок был там такой: выносить из столовой ничего нель­зя. Так вот, он заказывал эти пять кон­фе­ток, мама ему в кульке приносила, он его брал и говорил: «Дочка, ты меня про­води». Из столовой вышли – он ей отдает кулек, она берет, а жили рядом, бежит, относит домой.

А потом, уже спустя годы, папу уволили из ОКСа МВД, который он возглавлял. Он не понравился какому-то секретарю обкома. А он был беспартийный, просто – профес­сионал. И дали команду – его уволить. А рань­ше, при коммунистах, ведь как было – уволят и никуда не брали на работу. На руках у мамы трое детей, папу никуда на работу не берут, да еще и корова перестала доиться!

Ну, она и пошла к Токе. Это ведь не как сейчас, раньше первый секретарь был человек доступный. Она его возле дома подождала, когда он утром пойдет на работу. Он ее сразу узнал:

– Женя, что у тебя за проблема?

– Да вот, замуж вышла, а мужа уволили и никуда на работу не берут.

– А кто твой муж?

– Конвиз.

– Скажи, пусть завтра ко мне зайдет.

Папа на следующий день к нему пришел, он побеседовал с ним минут двадцать и сказал:

– Семен Львович, возглавите городское коммунальное хозяйство?

– Возглавлю.

Надо отдать должное – после этого случая никто никогда моего папу не трогал. Видимо, Тока сказал: «Оставьте человека в покое, дайте ему работать».

А работал отец буквально день и ночь. Я сам помню, хоть и маленький был, отец мой, с таким здоровьем неважнецким, одевал термокостюм и сам лазил в котел.

Потом образовали Министерство комму­нального хозяйства, он работал заместителем министра. При нем сменилось министров четверо или пятеро. А он был беспар­тийным, а беспартийных министрами не стави­ли, но он в партию не вступал, ему несколько раз предлагали – он прин­­ципиально не хотел.

Папа умер давно – еще в 1967 году, сейчас уже люди, наверное, мало его помнят – времени-то прошло – будь здоров. Мне было 12 лет, когда папа умер и, конечно, я многое подзабыть мог. Но с мамой мы часто возвращаемся к этой теме. И я все помню.

В прошлом году у вас была романтическая отсидка в ка­мере ИВС. Интересно, какой там микро­кли­мат?

– Ну, я должен сказать, что воп­реки всяким ожиданиям, там хоро­шего народа намного больше, чем среди тех, кто встречается нам еже­дневно, в жизни. Люди там ведут себя намного проще и человечнее.

А вот как раз обслуживающий пер­сонал... Это вообще... Это, в основном, люди, не имеющие никакой культуры, никакого багажа знаний. А очень многих надо просто проверять у пси­хиатра. Это просто больные люди. Может, их такими делает сама сис­тема работы? Такое впечат­ление, что они так и остались с тридцать седьмого года.

Как бы вас снова не посадили за та­кие жесткие оценки сотрудников МВД.

– Ну, от сумы и от тюрьмы – не заре­кайся. Я знаю, что замминистра Шойжун, по распоряжению которого меня посадили, все пытается поймать меня – от перехода улицы на красный свет до перехода госу­дарственной границы в неположенном месте. Я даже наслышан о том, что пытаются «при­прячь» оперативников, чтобы мне под­бросили какой-нибудь патрон или наркотик, и на этом основании ко мне можно было бы прицепиться.

Даже так?! А это не плод вашей фантазии и завышенной самооценки? Зачем бы вы так понадобились МВД: вы что, и есть тот самый главный мафиози города Кызыла?

– «Главный оппозиционер» – это уж точно. Вы же читаете правительственные газеты, неужели из них не поняли?

Мельников, наш вице-президент, в прош­лом году, за месяц до моей отсидки на аппаратном совещании в Прави­тель­стве, сказал: «Я дал распоряжение Мон­гу­шу Кон­­виза посадить, а Конвиз, мало того, что хо­дит на свободе, еще и по ком­мерческому те­левидению выступает!» Вот откуда ветер дует! Мало того, что он нару­шает закон, да­вая такие указания, он еще и набирается сме­лости заявлять об этом всему аппа­рату.

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездоНе верится, что вице-прези­дент заявил такое во всеуслышание. Вам, наверное, его недоброжелатели в искаженном виде передали.

– Что вы! Дословно передали.

А вы сидели в общей камере, прямо с уголовниками? Меня эта тема очень интересует: давно хотелось бы сделать репортаж, да вот посидеть не удавалось.

– А вас то же самое ждет. Для полноты ощущений жизни.

Порадовали. Спасибо.

– Да не за что. А сидел в общей, конечно. Что ж, меня там в отдельную посадят, что ли? Было в камере и семь, и восемь человек, хоть и камера рассчитана на четверых.

Ну и как вас встретили уголов­ники? Судя по кинофильмам, нович­ков не очень то привечают.

– Нормальные отношения. Там люди, у которых одна, общая беда. И они относятся друг к другу по-человечески. А учитывая и мой возраст, и мои личные качества, ко мне относились хорошо.

А как кормили?

– Я там не ел.

Голодали в знак протеста?

– Нет, просто не ел. То, что там дают, есть невозможно.

Так сколько же вы просидели без пищи?

– Два раза по трое суток.

Когда я в камере сидел я там спал спокойно: вечером ложусь спать, – и до утра. А сокамерник все удивлялся: «Ну, Семе­новичи, видимо, ты честный человек – так спокойно спишь!» А я знал, что все будет нормально. Руки за голову – и спокойно сплю. Я там отоспался – будь здоров!

Валентина Петровна: Зато у меня седины прибавилось.

Сергей Семенович: Вот потому я на Шойжуна в суд подал, и сужусь, и засужу в конце концов. Не за себя, а за своих близких – за детей, маму, за жену.

Сколько я вас не встречаю, у вас на лице всегда улыбка. Вы такой большой оптимист?

– Очень. Необыкновенный! (Смеется).

Четыре года назад, когда мы беседовали, вы возглавляли «Тува­снабсервис», имели большие планы. Но сейчас этой фирмы нет. Вы неудачливый бизнесмен?

– Там очень просто. Налоговая инспекция на основании простых ошибок в бухгал­терии насчитала такой сумасшедший штраф, что дальше было невозможно работать.

У нас же совершенно глупая фискальная система. Таких крупных плательщиков налогов, как «Туваснабсервис», у нас в Кызыле было пять-шесть. Пришли, насчи­тали – и плательщика налога не стало. Они не понимают: нельзя резать курицу, которая несет вообще хоть какие то яйца.

И потом, как можно что-то здесь разви­вать, если русское население постоянно уезжает. Отъезд ведь не прекратился. Просто он раньше носил обвальный характер, а теперь – такой ровненький. Вы представ­ляете, если из крана капает вода, то по капле очень много набежит.

Вот мне говорят: «Ты зачем решил дом в Кызыле строить? У тебя что, с головой непорядок?» Люди уже потеряли надежду, что в Туве можно нормально жить и работать, и надеяться, что здесь будут нормально жить дети и внуки.

А зачем вы, действительно, решили дом строить?

– Ну, я, с одной стороны, человек настырный, и сколько бы меня не угова­ривали, никуда не уеду. Надо сказать, что меня выпроваживали под разными пред­логами с 1990 года. А однажды даже через газеты, телевидение, радио, Народный фронт «Хостуг Тыва» давал нам два месяца на выселение, вместе с Эппом. И, кстати, «Хостуг Тыва» до сих пор никаких извинений не принес в связи с этим. Это говорит о том, что политика у них осталась прежней.

Ну, а я, во-первых, чувствую себя тувинцем, коренным. Оказывается, во мне еще есть кровь казака. Мой тувинский дед по мате­ринской линии был казаком. А казаки, вы знаете, всегда были форпостом государст­венности и, как бы трудно им ни было, охраняли границы государства Российского. Вот и я буду охранять.

Вот сейчас, после выборов мэра города, у меня уже полностью есть уверенность, что в Кызыле мы будем жить долго, хорошо, креп­ко. И что так же будут жить и наши дети.

Вот я и решил строить жилье, подал заявку, мне уже выделили землю.

В этом почему-то усмотрели такое: «Вот, мало ему. Еще и землю давай». А я хочу сказать: если из нашего стотысячного насе­ления один процент – одна тысяча, это в среднем двести семей, начнут строиться, то это будет, с одной стороны, строительный бум, а с другой – перелом в мышлении людей. Они поймут, что Тува и Кызыл – это всерьез и надолго, что здесь можно и нужно корни пускать, а не сушить их.

Конечно, строить дом – это и дорого, и хлопотно. У меня еще и проекта нет. Но, я думаю, что сам факт того, что я начну строить – и друзья, и враги должны оценить и оценят так: я здесь всерьез и надолго. И те, кто не хочет нормально жить и дружить, будут иметь дело с моими внуками, пра­внуками и праправнуками. Потому что когда строится родовое гнездо – это серьез­нее всех остальных дел.

А зачем вы тогда в Израиль ездили? Говорят, пригляды­вались, чтобы со временем переб­раться на историческую родину?

– С женой мы ездили в 1994 году в Израиль на международный форум «Про­буж­дающийся Ближний Восток». Из СНГ нас было двести человек – очень предста­ви­тельная делегация. Был президент «Зарубежстроя», президент «Межнефтегаз­строя. Белорусию представлял премьер-министр. Были киевский, хабаров­ский губернаторы. Японию представлял министр финансов, а Турцию – сама премьер-министр. Просто потрясающая жен­щина! Был шикар­ный форум. Мы были там неделю. Хотя мы там почти не при­надлежали себе: все было расписано по минутам, – Израиль все же увидели. Вале там понравилось больше, чем мне.

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездоВалентина Петровна: Да, страна замеча­тельная.

Валентина Петровна, супруг часто балует вас поездками за границу?

– Балует. Но в последнее время за границу, кроме как в Казахстан, никуда не езжу. Собирались семьей поехать отдыхать в Израиль, но пока не получается. Я ведь родом из Казахстана – из Талды-Кургана, неподалеку от Алма-Аты. У меня там отец, ему 83 года. Недавно ездила забрать его. Но он не поехал – дом не хотел оставлять. Сказал, что продаст и осенью приедет сам.

Валентина Петровна, а вы как относи­тесь к идее строительства в Кызыле дома?

– Я – не очень. Я не верю, что он его построит (улыбается).

С. С.: Она всегда так, всегда против, везде меня критикует. Поэтому – что тут скажешь... (Смеются).

А за что вы больше всего на мужа ворчите?

– Я не ворчу, а именно, критикую. По разному поводу. Ежедневная злободневная тема у нас – политика.

С. С.: Больше всего ей не нравится, что я занимаюсь политикой.

А в чем же у вас политические разногласия?

В. П.: По разному поводу. Я, например, против такой резкой критики президента. Я считаю, что этого не надо делать. Я все время говорю: почему ты всегда за народ думаешь? почему считаешь, что люди все время думают только о политике и выборах? Ничего подобного!

С. С.: Да уж говори честно! Она говорит: «Кончай заниматься политикой и занимайся только бизнесом» (смеется).

А вообще, трудно быть женой Конвиза: то в окно стреляли, то в тюрьму посадили, вдобавок посто­янно критикуют?

В. П.: И женой бизнес­мена, и политика быть трудно.

С. С.: А Конвиза – вдвойне.

В. П.: Ну, не вдвойне, а просто трудно. И, я думаю, другая бы не смогла.

Валентина Петровна, как-то в одном из разговоров, удивляясь спо­койной реакции жены одного из ту­винских политических деятелей на его неожиданно странную смерть, Сергей Семенович сказал: «Стран­ная реакция... Да если что со мной случится, моя Валентина весь мир перевернет».

– Да, это правильно. Он это знает. Хотя мы об этом никогда не говорим. Он знает, что я за него жизнь отдам. И я знаю, что он для меня все сделает. И старается делать все. Мои мечты претворяет в жизнь. Подарки мне дарит – на день рождения, на день свадьбы.

Неужели и день свадьбы не забывает?

– Мы каждый год отмечаем годовщину свадьбы. Это семейный праздник. В Израиле у нас было «совершеннолетие» – 18 лет со дня свадьбы. И он сделал мне там такие подарки! Я была просто в восторге! Не ожидала.

А как вы познакомились?

– В студенчестве. Мы же вместе учились в Томске, в одной группе.

С. С.: Она оказалась моей партнершей на эстетике. В группе из ребят я один мог танцевать вальс. И мы вместе танцевали.

В. П.: И так дотанцевались. (Смеются).

Валентина Петровна, а кроме умения танцевать вальс, Сергей Семенович обладает другими нуж­ными в хозяйстве умениями: ну, там, гвоздь прибить, лампочку вкрутить?

– Он все умеет, но сейчас у него времени совсем нет, он этим не занимается. Он считает, что у нас есть сын, который должен все это делать, – заменять его.

С.С.: Он у нас очень рукодельный. Он может прибить все, что нужно, починить телевизор, компьютер, отремонтировать ма­шину. Он просто даже не в меня пошел.

Расскажите о ваших детях.

– Дочь Женя учится заочно на юриди­ческом отделении Томского государствен­ного университета. Сразу сдает экзамены за тре­тий и за четвертый курсы. Сын Саша то­же учится в Томске на юрфаке. Первый курс закончил, приехал с долгами. Плохо учится.

У меня, видимо, хватает настырности воевать с президентом, а вот детей своих жалко. А любовь детей портит. Поэтому надо чаще пороть.

«Шура, это же не наш метод!» И разве всегда в пятерках наше счастье? Я слышала, например, что у вашего сына успехи в другой об­ласти: он дружит с самой кра­сивой девушкой первой вице-мисс прош­логоднего конкурса красо­ты Олесей Родионовой?

– Да, у него есть тяга к прекрасному.

Вы председатель независимого союза приватизированных и част­ных предприятий. Правда ли, что все члены вас покинули, Союз фак­ти­­чески распался и состоит из од­ного председателя?

– Нет, неправда. У нас – коллективное членство, нас всего 21 человек. На последнем собрании было 12. Сейчас мы проводим перерегистрацию и прием новых членов, и, надо сказать, это идет очень успешно. Я очень надеюсь, что как раз наш союз станет опорой городской администрации в преоб­разо­ваниях.

А нашу организацию правительство хо­тело взорвать изнутри. Инициаторами вы­хода были швейная фабрика, «Обувь­торг» и пароходство. Они заявили о том, что я слишком политизирую Союз, а они поли­ти­кой заниматься не хотят и в знак протеста выходят. И, причем, правительство им поставило условие: выйдете – получите кре­диты. Они их послушали. Но кредиты их не спасли и сегодня эти предприятия – в пла­чевном состоянии. Я вам так скажу: на пре­дательстве далеко не уедешь.

Политика политикой, но ею сыт не будешь. Чем вы сегодня зара­ба­тываете на хлеб насущный?

– Я руководитель предприятия «Тех­оптторг». На хлеб, как видите, даже вот на сушки, – зарабатываю (показывает на сто­лик, накрытый к кофе – конфеты, яблоки, баранки).

А чем занимается «Техоптторг»?

– Нефтепродуктами.

Сергей Конвиз: Буду строить в Кызыле родовое гнездо Правда ли, что именно вы воз­ро­дили цензуру в телекомпании «Тува ТВ» и газете «Тува ТВ-информ», со­уч­­редителем которой являетесь, что именно вы прове­ряете все мате­ри­алы, даете указа­ния кого хва­лить, кого ругать и лично пишете под псевдонимами почти все статьи?

– Ха! Если я еще и писать буду, то когда же заниматься политикой, бизнесом? Нет у нас никакой цензуры ни в газете, ни на телевидении. Да я в телевидении же ничего не понимаю. Мы просто полагаемся на профессионализм директора телекомпании Кузина. И только.

Мы, учредители, действительно собира­емся и обсуждаем работу. Начинаем с финан­совых вопросов и заканчиваем тем, как должна работать телекомпания, чтоб сво­дить концы с концами. И в этой части, конечно, мы даем определенные советы. Но, опять же, не я один лично. Нас же, учре­ди­телей, четверо. Раньше было пятеро – еще и «Медавто­транс» – Тавберидзе. Это потом он хлопнул дверью.

Что касается газеты, то здесь, конечно, есть возможность посмотреть, почитать мате­риалы перед выходом. И если у меня нахо­дится время посмотреть, я, бывает, даю советы. Но редактор, Сергей Григорьевич Горев, настоль­ко человек самостоятельный, что сразу, когда дав согласие стать редактором, поставил условие: принять протокольное решение о том, что никто в работу редакции газеты не вмешивается. В том числе и Кузин. Мы это приняли и подписали.

Конечно, человеку можно что-то внушить, уговорить. Но он – человек созревший, с боль­­шим жизненным опытом – работал сле­до­­вателем по особо важным делам в МВД, про­куратуре, – и ему что-то внушить, сде­лать из него какую-то марионетку просто невозможно.

Другое дело, и я с этим соглашусь, что из всех учредителей я больше всех читаю нашу газету, от корки до корки, и больше всех смотрю передачи нашей телекомпании. Причем, если что-то не посмотрю, то иду и прошу показать из архива. Я считаю, что и газета, и телевидение хорошо развиваются. И мне ничего не жалко – лишь бы газета была читаемой, телеви­дение – смотри­бель­ным, чтобы, в основном, всю информацию люди получали из наших СМИ.

Только из ваших?

– Да. Потому что главное в нашей работе, и это мы сразу определили и запрото­ко­ли­ро­вали: «Гласность, демократия, рыночные реформы».

Мне очень нравится, что наша газета «Тува ТВ-информ» и наше телекомпания «Тува ТВ» все больше формирует общест­венное мнение в Кызыле. И выборы мэра города ясно показали, что, по крайней мере, 52,25% горожан, проголосовавших за Алек­сандра Кашина, поддерживают ту точку зре­ния, которую с экрана дает наше телевидение, а в газете – редакция. Это меня очень радует.

Мы довольны, что уже два года газета себя окупает, да еще и содержит телеком­панию. Мы, учредители, единственно, сбра­сываемся только на развитие. Завтра мы не сможем помогать газете и телекомпании – и они не умрут, будут продолжать сеять «ра­зумное, доброе, вечное».

Разумное, доброе, вечное... Вы считаете, что сеете именно это? Но разве разумное в бесконечном аг­рессивном разборе политических дрязг, а вечное это избрание ново­го мэра? Почему вы так увере­ны, что именно вы имеете право «фор­мировать» общественное мне­ние?

– Если средства информации придер­жи­­ваются гласности, демократии, действи­тельно позитивных изменений, то уже вся их работа будет направлена на форми­ро­ва­ние объективного общественного мнения.

А вешать лапшу на уши, как делает пра­ви­тельственная «Тувинская правда»... Вы посмотрите, как уже два года работает «Ту­вин­ская правда»: на первой полосе – все хо­рошо в нашей республике, на последней – все плохо в стране...

Сергей Семенович, давайте сме­ним тему. У меня, как у профес­си­о­нального журналиста, в вопросе вза­имоотношений с коллегами, с други­ми газетами свои принципы. По­это­му на страницах «Центра Азии» лучше покритикуйте меня, газету «Центр Азии».

– Я вам честно могу сказать: я вашу газету почти не читаю. Я читаю только свою газету и «вражескую».

Ой, ну никак не свернешь вас с темы «врагов»! Давайте, все же, пе­рейдем к теме «друзей». Напри­мер, вы считаетесь одним из главных организаторов победы Александра Кашина в выборах мэра Кызыла.

– Кашин сам себе сделал выборную кампанию. Я-то тут при чем?

Мой вклад довольно скромный. С одной стороны – да, мы принимали решение, что телекомпания «Тува-ТВ» будет его поддер­живать. Поэтому не я делал предвыборную кампанию, а телекомпания. А самое главное – Кашин сам лидер. Он журналист, пони­мает, как это делать, его из Москвы депутаты консультировали. Так что насчет моей роли – это преувеличение. Тем более, что я занимался своей предвыборной кампанией в Верховный Хурал. Но они подстрахо­вались и мне выборы сорвали.

Внешне вы совсем не похожи на «серого кардинала», но правда ли, что именно вы исполняете его роль в новой администрации города и именно к вашим советам прислу­шивается мэр Александр Кашин?

– (Вздыхает). Как ответить, чтоб не по­ду­мали, что лукавлю? Вы читали, в одном из номеров «Тува ТВ-информ» Богда­нов­ский пишет: «Ну, не я эти статьи пишу, не я!» Но все поняли, что это он. Поэтому я не хочу вставать в ту же позу и говорить: «Не я». Я могу так сказать: сегодняшняя адми­нист­ра­ция, мэр города, его заместители – это мои товарищи. Одних я больше знаю, других – меньше. Они все – разные люди, у них разная партийная принадлежность, они разной национальности: мэр – русский, один заместитель – украинец, другой – не­мец, два зама – тувинцы. Это люди, одержи­мые желанием воплотить свои мечты.

Эпп, например, одержим желанием сделать бюджет города бездифицитным, и, честно говоря, я верю, что у него получится. У Вусатого идея: накормить и обогреть всех обездоленных. Он сам по себе такой человек и просто одержим работой. Анай-оол спит и видит, как сделать, чтобы все муниципаль­ные предприятия дружно и в лад работали. Моломдай хочет создать надежную систему жизнеобеспечения города.

А Кашин одержим одной большой идеей: сделать в городе Кызыле такое, чтоб его запомнили на всю Россию.

Вот такая команда одержимых. И никто ими рулить не может. Они все – самодоста­точные люди. Другое дело, что я с ними со всеми в хороших отношениях, к моим предложениям они прислушиваются.

А из этого уже строится такое: вот, «серый кардинал», рулит, командует. Пыта­ются показать, что, вроде, Кашин – марионет­ка. Неправда. Он настолько самосто­ятельный, «упертый» человек, что даже мне, с моим даром вести полемику, бывает сложно его убедить. Бывает, что на одну тему беседуем два, три раза.

Я, конечно, пользуюсь тем преимуществом, что могу встретиться с ним вечером, в нор­мальной обстановке и доказать, что бывает другая точка зрения, отличная от кашинской. И, конечно, я все-таки участ­во­вал в пред­вы­борных делах, и просто отмах­нуться от меня не может никто: ни Эпп, ни Кашин. Потому что я – их, все-таки, соратник, мы вместе сделали общее дело, и уж выслушать меня просто обязаны. Вот и все, наверное.

Сергей Семенович, четыре года назад я задавала вам вопрос: «Чего вы боитесь больше всего?» Вы не помните, что на него ответили? Нет? Напомнить?

– Предательства, наверное.

Я скажу, что вы ответили на этот же вопрос четыре года назад: «Стать ненуж­ным».

– Ну, теперь я этого не боюсь.


Прошло время…

Телекомпания «Тува ТВ» в 1999 году рас­палась. В том же году распалась и интерес­ная газета «Тува ТВ Информ». Учредители высказали противоречивые взгляды на ее кон­цепцию и создали две разные газеты со схо­жим названием: «Информ Плюс» и «Риск Ин­форм». Сергей Конвиз стал кри­тически отно­ситься к деятельности Алек­сандра Кашина и свою позицию со свойст­венной ему прямо­той высказывает на стра­ницах «Риск Информа».

На выборах 19 декабря 1999 года бал­лотировался в депутаты Государственной Думы по Тувинскому одномандатному окру­гу. Набрал 1946 голосов (1,82 %), заняв чет­вертое место из пяти претендентов.

Продолжает активно заниматься полити­чес­кой и предпринимательской деятель­ностью.

Фото:

3. С дочерью Евгенией и сыном Александром. Июль 1998 г.

4. На месте этой кучи камней в центре города Сергей Конвиз хотел построить дом родовое гнездо, но в результате получил отказ в отводе земли: его дом-мечта не соответ­ствует генеральному плану застройки (резерв для административного здания). Сейчас на этом месте, напротив спорткомплекса асфальтированная площадка.

5. Первый съезд представителей малого предпринимательства Республики Тыва. 1 августа 1996 г. Муздрамтеатр.

6. На первом плане слева направо: Сергей Конвиз, Генрих Эпп, Александр Кашин. <!-- [if gte mso 9]> Normal 0 false false false MicrosoftInternetExplorer4 У гор­избиркома после официального оглашения результатов выборов мэра. 7 апреля 1998 г.

Беседовала Надежда АНТУФЬЕВА

 (голосов: 2)
Опубликовано 13 августа 1998 г.
Просмотров: 2759
Версия для печати

Также в №33:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru