газета «Центр Азии»

Понедельник, 24 июля 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2000 >ЦА №19 >Владимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденные

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Владимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденные

Люди Центра Азии ЦА №19 (3 — 9 мая 2000)

Владимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденныеПамять… Она постоянно возвращает нас к былой боли и переживаниям. Ее не сотрешь прожитыми годами, горем или счастливым благополучием. Особенно часто она напоминает о себе ветеранам Великой Отечественной войны, которые до сих пор до мельчайших подробностей помнят свои суровые фронтовые годы.

9 мая 2000 года мы в 55-й раз отмечаем са­мый дорогой и самый грустный праздник – День Победы, за которую заплачена очень высокая цена. 1418 дней и ночей вой­ны лишили жиз­ни бо­лее двадцати шести мил­­лионов чело­век, а из оставшихся в живых остается все меньше и меньше.

Сегодня наша вст­­реча – с кызыльча­ни­ном, ветераном Великой Отечественной вой­ны, ар­тил­леристом противо­тан­ковой бригады “Про­­щай, роди­на”, встретившим День Побе­ды в Венском лесу Владимиром Леони­до­ви­чем Малан­диным.

– Владимир Леонидович, призна­юсь честно, мне больно и обидно от­то­го, что общество и госу­дар­ство не в состоянии сегодня вернуть вам, ве­те­­ранам, в полной мере той забо­ты и того уважения, которых вы за­слу­­жи­ваете. Более того, даже появ­ляются попытки неко­торых ниспро­вер­­га­телей переписать самые свя­тые стра­­ницы истории Великой Оте­­­­­чес­т­венной войны, умалить ве­ли­чие под­вига наших дедов и пра­де­дов. Но не зря говорят: у кого нет прош­лого, у того нет и будущего.

– Да, люди потеряют связь с прошлым, а без такой свя­зи жить плохо. Вы говорите, что теряется уважение к ветеранам. Да, теряется. А кто виноват? Мы сами рас­те­ряли самые хорошие традиции в воспи­тании у ны­нешнего поколения уважитель­ного отно­шения не толь­ко к ветеранам, но и друг к другу. Посмотрите, что творится: грабе­жи, насилия, убийства стали нор­мой жизни. Хоть не слушай радио и не включай теле­ви­зор. Вон как-то на днях передавали по телеви­де­нию, что в Смоленске осталось всего шесть Героев Советского Союза, и пятеро из них бы­ли ограб­лены из-за Золотой Звезды, кото­рую затем продают на базаре. О чем же гово­рить даль­ше? Страш­на для нас не боль от ран и болез­ней, а чело­веческая небла­го­дар­ность.

– Разговор наш начался на слиш­ком грустной ноте... Давай­те воз­вра­тимся на несколько деся­тиле­тий назад и вспомним ваши детство и юность.

– Я родился в городе Мину­синске, что в Красноярском крае, в 1923 году. Скоро мне испол­нится 77 лет.

– Ни за что вам не дал бы столько лет – вы выглядите нам­ного моложе. И, честное слово, это не ком­пли­мент.

– Спасибо на добром слове, но вы, наверное, ждете, что я вам расскажу о каком-то заумном рецепте, наподобие такого, что, дес­кать, не пил, не курил, по утрам занимался заряд­кой и бегал трусцой. Ничего такого не бы­ло. Пил и пью в меру, спортом не занимал­ся и не зани­маюсь. А рецепт один: с детства работаю. И хотя моя специаль­ность вроде бы сидячая – я всю жизнь проработал бух­галтером в раз­личных уч­реждениях, но без физи­ческой работы не сидел. Сыз­мальст­ва не чурался никакого труда, помогал в детстве отцу с матерью, пос­тоянно копаюсь в огороде, ра­ботаю на даче.

– Словом, терпенье и труд все перетрут, как гласит пословица. Даже отодвинут старость?

– Вот, вот, именно так.

– Я немножко прервал ваши вос­по­­минания о детстве. Давайте про­должим.

– Отец мой, Леонид Владими­рович, рабо­тал бурильщиком, а мать, Александра Пав­лов­на, была учительницей. Отца в 1937 году рас­стреляли. 18 ноября взяли, а уже 12 декабря пустили в расход. Мне тогда 14 лет было, и я хорошо помню, как из нашего по­селка арес­­товали сразу 70 человек, при­пи­сав им тер­рористическую деятель­ность про­тив Совет­ской власти. А какая там дея­тель­­­ность, если половина из них и распи­сы­вать­ся не умела. Я об этом узнал только в вось­ми­десятых го­дах, когда сделал запрос в КГБ об отце и мне показали папку с прото­ко­лами допроса. Из семи­десяти арес­то­ван­ных только одно­му дали 10 лет, а остальных расстреляли. Причем ни за что.

– Кажется, у Шаламова я читал рассказ, где он описывает, как с ним сидел человек, которому дали 10 лет за то, что у него нашли сигареты “Дели”, название которых вроде бы тогда запре­тили. И знаете, почему?

– Нет, не слышал об этом.

– А какой-то остряк из КГБ приз­нал в них криминал, расшиф­ро­вав их название следу­ющим обра­зом: долой единый ленинский ин­тер­национал.

– (Смеется) Да, были всякие нелепости. За­кончив семь классов, а это по тому вре­ме­ни счи­талось уже много, я поступил в аба­кан­с­кий сельхотехникум, но успел закончить только два курса. В декабре 1941 года при­звали в армию, в 309 дивизию 842 арт­полка. Но сна­ча­ла три с поло­виной месяца учился в пол­ко­вой школе, которая, кстати сказать, рас­по­ла­галась в нашем же техни­куме. По окон­чании присвоили зва­ние младшего сер­жанта и назначили коман­диром топо­вы­чис­ли­тель­ного отделения.

– Что это такое?

– Мы готовили данные ко­мандиру бата­реи для стрельбы с закрытых позиций. Точнее, дава­ли координаты для стрельбы.

– Ответственная работа.

– Конечно, конечно, на нас ло­жилась боль­шая от­ветст­­вен­­ность. Надо бы­ло с при­борами, с линей­кой все вымерить, перес­чи­тать и дать точ­ные коор­ди­наты.

– И куда после окон­чания пол­ко­вой шко­лы вас направили?

– Привезли нас на станцию Лиски Воро­нежской области. Мо­жет, слышали о такой?

– Не только слы­шал, но и прихо­дилось бывать там – я же родом из Тамбова, а это совсем недалеко от Лисок.

– А помнишь на ок­ра­ине горо­да эле­ватор?

– Представляю, где.

– Ну так вот на этом элеваторе мы все лето и просидели, наб­лю­дая и засекая не­мец­­­кие точки. А немец день и ночь обВладимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденныестре­ливал нас из мино­метов. А в се­редине января 1943 го­да нача­лась операция – мы пошли в наступ­ление. Взяли город Бел­го­род, Бого­духов, Ах­тыр­­ку, Опочно, но даль­ше силы иссякли, и мы на­чали снова отходить на­зад почти по тому же са­мому пути, по кото­рому наступали. Причем от­с­ту­пали медленно, с боями. По­дошли к са­мому Белго­роду, где-то на острие Курской дуги. Заняли обо­рону.

А 5 ию­ля 1943 года не­мец пошел в нас­туп­ление – нача­лась Орловско-Курская бит­ва. Жа­ра стояла неи­моверная, хлеба го­рят, а там в основ­ном посевы ржи, гарь, дым, копоть, много раз­ла­га­ющихся трупов, запах не­выносимый. А по­хо­ронить их нет никакой возмож­ности – ави­а­ция против­ника день и ночь нано­сит удары, голову невоз­можно поднять.

– Страшно было?

– А как вы думали. Кто гово­рит, что он ничего не боится, тот лжет или просто ненор­мальный. Страх присущ всем – это истин­ный способ сохра­нения. Особен­но было страш­­но первое время. Ле­­тят с неба бомбы, и такое ощу­ще­ние, что каждая из них падает имен­­но на тебя. Особенно ночью.

Вожмешь голову в плечи и ду­маешь: все, конец. Потом слы­­шишь бомба разрыва­ется где-то далеко от тебя. Но нельзя жить все время с ощущением опас­­ности. Постепен­но все это при­­тупляется, приобретается опыт. А опыт на войне – великое дело. Гибли, в ос­нов­ном, молодые и неопытные.

– Статистика гласит, что из каж­­дых 100 солдат, ваших ровес­ни­ков, в живых остава­лось всего трое.

– Да, много гибло нашего брата, много.

– А не повинны ли в этом сто фрон­­товых граммов, которые пола­га­лись каждому сол­дату – где сто, там и больше, а пьяному и море по колено?

– Да не верьте вы этому. До рядового состава эти сто граммов почти не доходили. Во всяком случае в артиллерии. Офицеры не баловали нас этим. Да мы и сами, совсем молодые, еще не пробо­вавшие вкус водки на гражданке, не стре­мились напиться.

– Может, не хотите комп­роме­тировать свое поколение?

– Да какой там! Говорю, как на духу, в артиллерии было имен­но так. Конечно, не без этого, некоторые и выпивали, как теперь говорят, снимали стресс, но не поголовно же пьянст­вовали. Бы­вало и так, что по пьянке гибли, просто по-дурацки, вот и все.

Забегая вперед, расскажу та­кой случай. В январе 1943 года стояли мы в обороне в од­ной деревушке под Острогорском. Немцы по­шли в атаку. Впереди был глубокий овраг. И их надо было во чтобы-то ни стало оста­новить. Основные наши силы располагались позади. Помню, попадаюсь я на глаза коман­диру полка. Он кричит: “Сержант, бери пу­ле­­мет и закрой овраг”. У меня, артилле­риста, опыта обращения с таким оружием совсем не было. Но приказ есть приказ. Беру с собой двух бойцов и впе­ред. Залегли, начали стрель­­бу. Немцы остано­вились, тоже боят­ся идти – они же не знали, сколько нас там. Мы им для храбрости кричим: “Хэнде хох!”, мол, сдавай­тесь, а у самих патроны на исходе. Я говорю Володьке, фамилию за­был: «Беги, проси помощь». Тот убежал, мы остались вдвоем. И вдруг, откуда ни возьмись, по­я­вился бронетран­спортер, за ру­лем которого си­дел сержант, та­кой разбитной парень и не­м­ножко под “мухой”. Кричит: “За мной, пе­­хо­та!”. Я говорю ему: «Куда ты ле­зешь – там столько снега, что твоя машина тут же за­­стря­нет». Но он такой ухарь, что ему все нипо­чем. Только начал пере­ез­жать бал­ку и тут же застрял. Стал вы­лезать из люка и его сразила пуля – по­пала в голову. Через не­сколь­ко минут подо­спела под­мога. Немцы тут же сдались в плен, а мы по­хо­­ронили то­го сер­жан­та, написали хими­­ческим каран­дашом его имя и фамилию. Пом­ню только, что он был ле­­нин­г­ра­дец. Всякое бы­вало. Война не про­щает лег­ко­мыс­­лия. Тогда меня наградили ме­далью “За отвагу”.

– А как в дальнейшем сложи­лась ваша военная судьба?

– От Белгорода до Днепра нас­тупали почти тем же путем, как и в первый раз. Форсировали Днепр, и я там был в первый раз ра­нен: разорвался снаряд, и оско­лок ос­тал­ся торчать в ноге. Под­бе­жал лейтенант, раз­резал сапог и как дернет его из ноги, что от бо­ли искры посыпались из глаз. Кровь брыз­нула фонтаном прямо ему в лицо. От­пра­вили в госпи­таль в Тростинец. Проле­жал там ме­сяц, а когда выписался, меня оп­реде­лили в 22-ю отдельную про­тиво­танковую артиллерийс­кую бри­гаду, в резерв главного ко­мандо­ва­ния, или, как тогда нас ок­рес­тили, в бригаду “Прощай, родина”.

– А почему?

– А потому, что мы всегда были на переднем краю и вели борьбу с танками. А с ними бо­роться, ой, как тяжело. Представьте себе: прет на тебя эдакий здо­ро­­вен­ный утюг, так мы называли танки, и стоит тебе про­мазать, так уже его невоз­можно остановить. Убе­жать тоже невозможно – все рав­но дого­нит. Секунда – и весь расчет под гусе­ни­цами. Правда, когда появилась 57-милли­мет­ровая пушка, обла­дающая лучшей убойной си­лой, стало полегче. Мы тогда немец­ких “Тиг­­ров” стали молотить здо­рово. Но надо было подпу­скать их не дальше, чем на 200 метров, тогда был лучшим эффект пораже­ния. А чем еще бороться с танками, как ни артиллерией.

– НВладимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденныее зря же артиллерию счи­тали Богом войны.

– И правильно. Командование на нас воз­ла­га­ло большие на­дежды. Помню, под Курск к нам приехал маршал Жуков. Его силь­но все боялись, крутой был му­жик. Офи­церы все навытяжку стояли. А он собрал сол­дат и сказал как-то по-свой­ски. “Чем боль­­ше вы, ребята, подобьете тан­ков, тем победа будет быстрее. Мы верим вам и надеемся на вас”.

– А вам лично удалось по­д­бить хоть один танк?

– У артиллеристов стреляет не один чело­век, а расчет, в котором семь солдат. Конечно, наш рас­чет не раз подбивал танки.

Пом­нится, мы брали Житомир, Нов­город-Волынский, Ров­но, Луцк, до­шли почти до Львова, оста­нови­лись под городом Броды Львовской области. И в одном из боев под­били сразу три танка под Бродами. При­чем, один из них за­стрял на огороде, но дом поджег. Мы с лей­тенантом бегом к нему. Я с авто­ма­том, а он с пистолетом. Экипаж на­чал сопротив­ляться, не сдается. Я полос­нул очередью и всех срезал. В танке оказа­лось ведро, а там семь общи­панных куриц. Ну мы их забрали и съели, конечно. А потом раз­говаривали с жите­лями деревни, они нам жаловались, что немцы всех кур у них пе­реловили и забрали.

– А не жалко было убивать? Хотя их же поэт Генрих Гейне говорил, что врагов надо прощать, но после того, как их повесят.

– Законы войны неумолимы. Не убьешь ты, убьют тебя. Да во время боя об этом и не ду­ма­ешь. У войны тоже есть свои законы, и в данном случае Гейне не прав. Зачем же уби­вать всех подряд, особенно пленных. Вон смотришь по телевидению, как чеченцы изде­ваются над плен­ными, и кровь в жилах сты­нет: отрубают паль­цы, отрезают голову, пре­вра­щают в рабов. Да это же самое нас­тоящее сред­невековье! Вот такое про­щать нельзя. За такие зверства они обязаны ответить.

– Из-под Львова куда вы по­пали?

– В конце апреля 1944 года нашу брига­ду РГК (резерв глав­ного командования) пе­ре­б­росили с района Брод на 2-й Укра­ин­ский фронт, там под Яссами немцы бросили боль­шие тан­ковые части. До 20 августа про­стояли в обо­роне, а затем началась опе­ра­ция. Яссы – быв­шая столица Румынии. К вечеру мы уже бы­ли там. Потом пришлось повоевать в Болга­рии, Югославии, Венгрии.

Да если обо всем рассказать, то можно напи­сать целую книгу.

– А где вы закончили войну?

– В Австрии, в Санк-Пель­тене. Спим ночью, вдруг началась стрельба. Что такое, никак не пой­мем. Выска­киваем из палаток и видим: идут танки с красными флагами. Все кричат, что вой­не конец, обни­маются, стреляют в воздух, появи­лась бочка вина и, как положено, причас­ти­лись. Эту радость невозможно пере­дать словами.

– И потом с победой домой?

– Нет. Из Австрии возвра­щались пешком до своей границы. Шли два месяца. Там прошли карантин. Однажды наш десятый ба­тальон вы­стро­или и начали вызывать по­фамильно. В основ­ном молодых. Ском­плек­товали отряд и отправили в Румынию, в город Брашов, где еще пришлось прослужить два года. А затем, в 1947 году, демо­би­ли­зовался и приехал домой в Артемьевск, где меня ждали не только мать, но и жена.

– Как жена, когда же вы успе­ли жениться?

– (Смеется) А вот и успел. В 1943 году, когда мы стояли под Курском, я познако­мился с краси­вой девушкой Музой. Все вре­мя с ней перепи­сы­вались. А в 1946 году мне дали отпуск на десять дней. Но разве я успел бы за этот срок добраться до Сибири. И тогда я решил поехать к Музе в гости. Приехал – и тут же расписались в сельсовете. А так как у ме­ня паспорта не было, то штамп поста­ви­ли пря­­мо в красноармейскую книж­ку. Поэ­то­­му она и приехала к моей мате­ри в фев­рале, а я приехал домой 15 апреля. И вот с ней живем 54 года. Имеем двоих детей, трех внуков и одного прав­нука.

– У вас прекрасная память, вы помните все даты.

– А вы знаете, как-то само собой полу­ча­ется: все военные, и после­военные годы запе­чат­лелись в памяти, и помню все до мель­чай­­ших подроб­ностей.

– А как вы попали в Туву?

– После Артемьевска переехал с женой в Мину­синск, устроился работать бухгал­тером в автороте. Квартиры там не быВладимир Маландин: Обидно, что победители-освободители всей Европы, живут теперь хуже, чем побежденныело, снимал комнату, платил сто рублей, а зар­плата была пятьсот. К нам часто приезжал ди­ректор кы­зыльс­кой типографии Бар­су­ков. Он-то и при­гласил меня в Кызыл, пообещал квар­­тиру. И мы согла­сились. При­ехали. Домов здесь было мало, а на горе вообще ни од­­ного до­мишка. Дали нам квар­тиру в бара­ке, где сейчас распо­лагается вос­точная трибу­на ста­ди­она имени “5-летия Со­ветской Ту­вы”.

Муза Дмитриевна устроилась на работу в типографию, где проработала 32 года и от­­ту­да ушла на пенсию. Я до 1953 года рабо­тал там главным бухгал­тером, затем пе­ре­шел в управ­ление культуры при облис­пол­коме. Оттуда через три года перевелся в гео­ло­гическую экспе­дицию, в трест «Тувин­строй», затем снова ушел в геологию и шесть по­след­них лет работал в фи­нансово-пла­но­вом отделе МВД. И везде работал бухгал­те­ром. Вот и вся моя рабочая биография.

– Какой период жизни был для вас самым лучшим?

– Послевоенный. Жили хоть небогато, но дружно и уважи­тельно относились друг к дру­гу. Неплохо было и при хру­щевс­ко-бреж­нев­ском правлении, хотя и там были свои недостатки.

– А какой самый худший?

– Нынешний. Почти всех сде­лали ни­щи­ми. Работу найти невозможно, и людям при­хо­­дится копаться на помойках в надежде найти кусок хлеба. Мы потеряли СССР, стра­ну, в которой ро­ди­лись и выросли, кото­рую защищали. Рос­сия тоже находится на опасном рубеже.

– Получается, что Россию могут по­бедить только русские, как гово­рил Шиллер.

– Да, наверное, так. И обидно, что побе­дители и освободители всей Евро­пы живут теперь хуже, чем побежденные.

– А может, у вас это нос­таль­гия по прошлому, когда труд­но удер­жаться от сакрамен­таль­ного: а вот в наше время и небо было голубее, и трава зеленее?

– Да какая там нос­таль­гия, ес­ли люди ста­­­ли жить хуже! Особен­но пенсионеры. Рань­­ше была пен­сия 120 рублей и на нее можно было слетать в Моск­ву и об­­ратно. А те­­перь билет стоит более шес­ти тысяч. И ес­ли я получаю тысячу, а многие и того меньше, мне надо копить день­ги на билет ровно год. Разве разумно это?

– Как вы собираетесь вст­ре­тить праздник?

– Пойду на все мероприятия, которые будут организованы в городе.

– И, конечно, при всех регалиях?

– Да, хоть раз в году надеть свои награды.

– Кстати, а сколько у вас всего боевых наград?

– Три медали “За отвагу”, при­чем по­след­няя нашла меня через 45 лет. Был второй раз ранен, как это часто бывало, из части после ранения выбыл, а медаль зате­рялась. И лишь в 1990 мне ее вручили в военкомате. Кроме этих медалей награжден Орденом Оте­­чест­венной войны первой сте­пени и другими. Всего 14 наград.

– Позвольте поздравить вас с днем Победы, пожелать здоровья и дол­гих, долгих лет жизни.

– Спасибо вам, что вспомнили обо мне.



Фото:


2. За день до Победы. Владимир Маландин в Австрии. 8 мая 1945 года.

3. 4. Муза и Владимир. Их познакомила война, а обвенчала победа.

Беседовал Вячеслав ХОПРОВ

 (голосов: 2)
Опубликовано 3 мая 2000 г.
Просмотров: 1552
Версия для печати

Также в №19:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru