газета «Центр Азии»

Среда, 14 ноября 2018 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2000 >ЦА №21 >Виктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республике

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Виктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республике

Люди Центра Азии ЦА №21 (17 — 23 мая 2000)

Виктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республикеНесмотря на свою занятость и профес­сиональное банкирское правило “время – деньги”, Виктор Норбу, вице-президент Транснационального банка г. Москвы, сразу согласился на интервью. Красивый и элегантный мужчина радушно встретил меня в офисе одного из отделений своего банка на Плющихе.

Мы располагаемся в небольшом уютном ка­бинете с легкой офисной мебелью. За ча­ше­ч­­­кой кофе, который приносит секретарь, наш разго­вор плавно перешагивает грани­цы уста­­новленного времени, но госте­при­имный хозяин был рад возможности пого­во­рить о Туве – своей родине.

– Виктор Яковлевич, рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, о своих корнях.

– Отец мой, Яков Амир­би­то­­вич, всю жизнь был на пар­тий­ной ра­боте, работал в сфе­ре пе­­ча­ти. Родом из Дзун-Хем­чикс­кого рай­она. Был ког­да-то секре­тарем Кы­зыл­ьского гор­ко­ма. К сожа­ле­нию, его не стало в 1990 году. Он был такой мощ­ный, красивый мужчи­на. Лю­­бил охо­тить­ся, без до­бычи никогда не воз­в­ра­щался. Его насто­ящее имя – Он­дар Нор­бу Амир-оглу. Когда в 1945 году да­вали пас­пор­та, он выб­рал себе рус­ское имя Яков (тог­да было очень модно брать рус­ские име­на), а имя свое сде­лал фами­лией. Так многие де­ла­ли. Братья мои поэ­тому “раз­ные”: один, Он­дар Чыл­бак-оол – сын его (мой пле­мян­ник, те­перь со мной работает), двою­род­ный мой брат – Чыл­бак-оол Олег Онда­рович ро­дился и вы­рос в Москве, в Туве никогда не был.

Отец служил в армии, был ор­ке­с­тран­том Кы­зыльс­кой роты почет­но­го караула. Ведь Тува до 1944 года была отдельным госу­дар­­­ством со своей армией, своим оркест­ром. Слу­жил он, между про­чим, с Сергеем Хоче­ко­­вичем Крас­ным, который долгое время был председателем Кызыльского гориспол­кома. Дочь его – На­деж­да Красная, народная ар­тист­­­ка Тувы и России, мы здесь часто посе­ща­ем ее концерты.

Долгое время потом отец ра­бо­тал в обл­ли­­те, был главным цензо­ром респуб­лики. Потом был на­чаль­ником Управления по пе­ча­­ти, последние годы рабо­тал на теле­видении, в редак­ции народ­ного хозяйства, посто­ян­но ездил по районам.

Мама всю жизнь работала кор­рек­тором: сна­чала – в газете “Шын”, потом – в книж­ном изда­­тельстве. Сейчас она на пенсии, жи­вет в Кызыле.

В Кызыле и брат живет, Юрий Яков­ле­вич Норбу, началь­ник паспортно-визовой служ­­бы МВД рес­публики. Была у нас сестра, но ее рано не стало.

– Где вы учились?

– Учился я сначала в кызыл­ьской школе № 7, до девятого клас­са, потом в школе № 3 (тогда она бы­ла около кинотеатра “Найы­­­рал”, сейчас там учебно-произ­водст­венный ком­бинат). Меня изб­рали секретарем комсо­моль­­ской организации школы. А в третьей школе собрались вы­пуск­ни­­ки разных школ-восьми­леток, то есть это было 3 один­надца­тых клас­са, 5 девятых и 6 десятых. Пред­став­­­ляете?

И еще с восьмого клас­са всту­па­ют в комсомол. И еще некоторая часть ­мо­­­­­лодых учи­телей. В общем, у нас было 500 че­ловек комсомольцев. Я авто­ма­тически стал руко­во­ди­телем круп­ней­шей комсомоль­ской орга­ни­за­ции республики (улыбается). Бла­го­даря этому я познакомился со все­ми ком­сомо­льскими и пар­тий­ными лиде­ра­ми рес­пуб­лики: с Гри­горием Чооду­еви­чем Шир­ши­ным, с Салчаком Калбак-Хо­ре­ко­­вичем То­ка, кото­­ро­­го я однаж­ды даже смог при­гла­­сить на празд­ник 50-летия Октября в шко­лу. И с Федором Михай­ловичем Кузь­ми­ным, тоже та­­кой был, ветеран комсомола.

Поступал в 1967 году в Ново­си­бир­ский уни­верситет на физику и, хотя сдал все всту­пи­­тельные на “отлич­но”, не поступил, так как мне классный руководитель напи­са­ла не очень хоро­шую характе­ристику и “хорошее” (не “отлич­ное”) поведение при выпуске – у нас был некоторый конфликт. Я всегда боль­ше занимался комсо­моль­ской работой и ред­ко бывал в классе.

– Как же вы при этом учи­лись на “от­лично”?

– Я привык так учиться. У ме­ня сестра бы­ла на класс старше, она приносила учеб­ни­­ки, и я с интересом читал их, и шел как бы на год впереди одноклассников. Уроки прак­ти­чески не делал, сразу отвечал на все вопросы. Учи­теля видели, что я все знаю, и больше ко мне не приставали. А с фран­цуз­ским так во­обще было легко. Я в классе был один туви­нец, а, вы знаете, тувинский и фран­цузский язы­ки по фонетике очень близки. В меня все это очень легко вливалось, я все знал и, чтобы я никому не мешал, мне давали отдельно переводить “Юма­нитэ”. (прим.: газе­та, орган французской компартии).

В 1968 году поступил в МГУ на экономи­ческий факультет.

– Почему вы выбрали сов­сем дру­гую специ­альность?

– В тот день, когда выясни­лось, что я не по­ступил в Новоси­бирск, пошел в биль­ярд­ный зал в пар­ке – мы жили недалеко, и я был там завсегда­таем. Играя, своему дру­гу гово­рю, что теперь придет­ся искать работу. И вдруг с сосед­­не­го стола обратились ко мне: “Ты что, уже школу закон­чил?” От­­­ве­чаю: “Да”. “Тувин­ский язык зна­ешь?” “Знаю”. “По рус­ски пи­шешь хорошо?” “Хо­­ро­шо”. “Тог­да вот тебе адрес – приходи”. Это ока­зал­­ся Валентин Георгие­вич Тока, сын Сал­ча­ка Кал­бак­-Хорековича Тока от пер­вого брака.

Я пришел по адресу, а это – Тув­потреб­союз, он зам. председа­теля. Так я стал ин­струк­то­ром отдела кадров потребсоюза. Про­ра­бо­тал там год, оку­нулся в эко­но­мику. А потреб­ко­опе­рация тог­да была коммер­чес­кая органи­за­ция, не государст­венная, и я ощутил реаль­ность бизнеса и прибы­ли. Период де­фи­цита на­­чи­­нался, но у коопе­рации было все. У меня как у члВиктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республикее­на коо­ператива бы­ла воз­можность даже мод­­но и недорого оде­ваться.

Я объ­ез­дил все районы рес­пуб­лики, в месяц у меня бы­ло по две-три ко­ман­­ди­ров­ки. Не был толь­ко в Кызыл-Ма­жалыке. Всю­ду фо­­тог­­рафиро­вал, вел днев­­­­ники впе­чат­­ле­ний. Из коллег пом­­ню: Хертеков, Алек­­сея и Хулер-оола, Са­шу Соднам, Галину Артю­хо­ву и многих других… Вот так я прора­ботал год под нача­лом Ва­­­лен­­­тина Геор­ги­е­ви­ча, это мой пер­вый лю­би­мый на­чаль­­ник. Мы с ним и потом дружили.

У меня поменялись интересы. Был физи­ком, стал экономистом в душе. Для поступле­ния было на вы­бор несколько вузов, я выбрал самый лучший – МГУ, и по­ступил.

– Вы говорите, что вам легко да­вал­­ся французский язык. А еще какие языки потом осво­или?

– Да, французс­кий был у ме­­ня очень хоро­­ший. Я даже за­ра­ба­ты­вал этим: ре­фери­ро­вал лите­ра­­ту­ру для ИНИОНа (прим­.: Ин­сти­­ту­т научной инфор­ма­ции об­щес­твенных наук), читал книги и статьи на фран­цузс­ком, делал рефераты.

А когда поступил в аспиран­туру, нет, даже рань­ше – на пятом курсе, мне пот­­­ребовалось чи­­тать научную лите­ратуру на анг­лийс­ком язы­ке. Что де­лать? А нужно! Я по­шел в буки­нис­тичес­кий магазин, тогда с книгами было пло­хо, нашел учеб­ник аж 1954 года со ссыл­ка­ми на труды Сталина по язы­кознанию. Он был компактным: в 24 урока с упраж­не­ни­ями. И в течение двух недель я эти 24 урока сде­лал письменно. И заговорил! Стал брать в би­бли­о­теке детек­тивы на англий­ском и пос­то­янно читал в метро. Причем читал не просто молча, а прого­варивал текст. Плюс по­сле­ду­ющая прак­тика.

И сейчас у меня английский, я считаю, более-менее нор­маль­ный.

Виктор Яковлевич почти сразу не­воль­­­но про­демонстрировал свой хо­роший ан­глий­­ский, скромно оцененный им самим как “более-менее”, так как ему в это время поз­во­­­нил его знакомый американ­ский профессор.

Когда много позже я начал работать по программе Джорджа Сороса, в 1989 году мы бы­­ли у него в Нью-Йорке, в офисе. Он нам по­дарил свою книгу “Алхи­мия фи­нан­сов”. В ней раскрыты сек­реты финансового успе­ха са­мо­­го Сороса и я, в свою очередь, раск­рыл эти успехи для россий­ской пуб­лики – взял и перевел эту книгу на русский язык. Публико­ва­лось это в виде отдель­ных статей в журнале “Знание – сила”.

А раньше, в 1983 году, я пере­вел с ан­глийского книгу венгер­ского ученого Яноша Корнаи об экономике дефицита.

– По какой теме вы защища­ли канди­датскую диссертацию?

– По территориально-про­из­вод­ственным комплексам Вос­точ­ной Сибири. Я считал, что надо в любом случае заниматься Тувой, но ведь территории свя­за­ны друг с другом, и поэтому надо эконо­мику рассматривать в ком­плек­­се с соседями, с социальной сферой с транспортом, с желез­ной доро­гой и прочим.

– Кстати, а как вы оцени­ваете проблему “Тува и железная дорога”?

– После аспирантуры и ра­бо­ты в Туве я попал в СОПС – Совет по изучению про­из­води­тель­ных сил при Госплане СССР. Эта организация, которая занима­лась разме­ще­нием произво­ди­тель­ных сил, она сущес­тву­ет до сих пор. Я был дежурным “коман­ди­­ров­­щиком” в Сибирь и Туву, участ­вовал во всех конфе­ренциях по Туве. В частности, в кон­це 70-х начале 80-х годов прораба­тывал­ся вопрос о про­кладке желез­ной дороги в Туву. Это проби­вало и наше рес­­пуб­ликан­ское руковод­ство. Про­ект­но-расчет­ные рабо­ты на­чина­лись, и тех­нико-эконо­ми­чес­­кое обос­но­вание уже было. Не в оконча­тель­ном виде, но было. За­нима­лись этим у нас кон­крет­но Кал­га­­жык Онда­р­о­вич Шак­тар­­­жик, Алек­сандр Бегзи, Ка­Виктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республикелин-оол Се­ре­евич Ку­жу­гет, ну и все ос­таль­ные: гео­логи, эконо­мисты, социологи.

Конечно, дешевый транс­порт должен прой­ти к Туве. Были раз­­ные варианты дороги: на Кы­­зыл, через Ак-Довурак, сквоз­­­­­­ная дорога в районе Тод­жи прями­ком на Мон­голию, а уже потом – ветка к Кызылу. Но все это очень доро­го. У нас сплошные горы. Мы об­суж­дали это с “БАМ­стро­ев­ца­ми” – они го­во­рили, что это вооб­ще кош­мар: это не просто на­до “прошить” гору, в го­ре ведь может еще и река внутри течь. По изви­ли­нам вести – надо учиты­вать на­клон горы, мак­си­маль­ный угол должен быть 5 гра­ду­сов. По тем ценам сто­имость была колос­саль­ная: если кило­метр авто­мо­биль­ной до­ро­ги стоил, скажем, 110 тысяч рублей, то ки­лометр же­лезной до­ро­ги – 10 милли­онов рублей. Это не­подъемные деньги! Поэ­тому ту­вин­ский проект не был дора­ботан до конца. Но про­гресс идет – и, рано или поздно, через Туву современный транспорт все равно пройдет.

– Железная дорога не только ре­ша­ет эко­номические вопросы, но и мо­жет, наоборот, создавать проб­ле­мы для экологии, в соци­альной сфере…

– Да, это тоже серьезный воп­рос. Же­лезная дорога – это однов­ременно и хорошо, и плохо. Но мы сейчас говорим только о прин­ципиальной возможности прок­ладки до­­­роги. В свое время не прошло. Страна вло­жила ко­лос­сальные суммы в БАМ, была соз­да­на огромная ар­мия специа­лис­тов, тех­ники и так далее. К окон­чанию строи­тельства уже вста­вал вопрос: “А куда даль­ше девать эти ресурсы?”. Рассмат­ри­ва­лись разные пла­­ны и, воз­мож­но, проект о Ту­ве про­шел бы. Но …по­том Союз разва­лился.

РВиктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республикеассматривались другие идеи: уж если не железную дорогу, то давайте про­ло­жим про­дук­то­про­вод – или по трубе катятся те­леж­ки с сыпу­чими про­дук­тами или еще дру­­гие. Как бы пнев­мопровод с роли­ками. Это бы­ло в числе про­ек­тов Гос­п­­лана. Про­гресс нау­ки ведь идет, и его не оста­новить. А по­том мож­но ис­пользовать и водные ар­те­рии рес­публики.

Есть решения и воздушные – хороший аэро­порт международ­ного плана. Тува нахо­дится на “перекрестке времен” и дорог в Юго-Восточную Азию. Выгоды от эксплу­ата­ции такого аэропор­та очевидны. У нас бы останавли­вались ту­ристы, охот­ники, остав­ляли кучу денег и летели бы даль­­ше. И при наличии продуктопро­вода мы бы могли до­за­правлять эти транс­кон­ти­нен­тальные рей­­сы. Это очень удобно всем, ведь рас­сто­я­ния почти одинаковы: Па­риж – Москва, Москва – Кы­зыл и даль­ше. Сейчас дозапра­­воч­ный пункт – Новоси­бирск, но до него самолеты не успевают израс­ходовать все топли­во.

– Разрешите задать вам ка­верз­ный вопрос: почему, при таком боль­шом интересе к проблемам экономи­ческого развития Тувы, вы уехали и работаете в Москве?

– Я не считаю это кавер­з­­ным во­просом. Пос­ле окон­ча­­ния аспи­ран­туры я вместе с пер­вой женой (сейчас у меня второй брак), тоже полит­­экономом, приехал рабо­­тать в Туву. Но бы­ло толь­ко одно рабочее место по­лит­­эконома, два специ­алиста – было слиш­ком мно­го. Я пре­по­­давал, вел часы в пединс­ти­­туте, в Институте усо­вершен­ство­вания учите­лей, в Инс­ти­ту­те марк­сизма-лени­низма. Был все время на связи со своим на­уч­ным руко­води­те­лем – про­фес­со­ром Шилиным Иваном Гри­горь­­евичем. И вот, когда он стал зам­предом СОПСа, то позвал ме­ня: “Ты там, как трактор в огороде”. Я был не­до­вос­тре­бо­ван в рес­публике как поли­т­эконом. Я расценил это, как фут­бо­лист, играющий за за­водс­кой клуб, который получает приг­ла­ше­­ние в сборную стра­ны. Это дей­стви­тель­но была организация, рабо­тавшая на всю страну.

И я, проработав два года в Ту­ве, при­ехал в Москву, устро­ился в СОПС младшим науч­ным сот­руд­ником, получил квартиру. При­мер­но шесть лет занимался там воп­росами раз­мещения про­из­во­дительных сил. Посещал все это время Туву в составе разных кон­ференций. В Восточной Си­би­ри везде был.

Потом мой зав. сектором пере­шел в обо­рон­­­ную про­мыш­лен­ность и поз­вал меня с со­бой. Очень было инте­рес­но, я обнару­жил здесь закры­тую инфор­ма­цию о конк­ретных ма­те­­риаль­ных ре­сур­сах регио­нов, ко­то­рая мне не была дос­тупна, ког­да я пи­сал свою дис­­серта­цию. Все вре­мя ба­лансы не схо­дились, хотя я до­га­­ды­вался о том, что часть ре­­сур­сов “съе­дает” воен­ная про­мыш­­лен­ность. Это важно: ведь если я знаю эко­номику ре­ги­она на 50%, то я не знаю ее совсем.

По Туве, кстати, я зап­росил статистику ле­­гочных за­бо­ле­ва­ний до перехода с ча­дан­ско­го угля на каа-хемский и после. Вы не зна­ете, но ког­да я был школьни­ком, то мы зи­мой в Кызыле на уроках физ­куль­туры бра­ли снег ру­ками и ели его – до того он был чис­тый. Тог­да исполь­зовался чаданский уголь, ко­торый добы­ва­ли шахт­­ным спо­собом. Он сго­рал це­ли­ком, оста­валась толь­ко зола. Ни­какой сажи. Город был чи­с­тый, белень­кий. Ес­ли посмо­треть фо­тог­­ра­фии тех вре­мен, когда мы зи­мой игра­ли на улице, то виден проз­­рачный лед, белый снег, жел­тый песочек. Сейчас все стало се­рое. С 1965 года, за трид­цать пять лет, вся эта сажа пропи­та­ла город, и легкие кызыль­чан стали сплошь чер­ные. Заболева­емость легоч­ными бо­лез­нями до 1965 года бы­ла од­на, скажем, 5%, а по­том ста­­ла 15%. И это были “сов. сек­ретные дан­ные”.

Я проработал в этой сфере пять лет. Та­ким образом я узнал те­перь и граж­данскую, и военную часть экономики. Оставались еще две части: внеш­не­эко­номическая (экс­порт-импорт, валюта) и фи­нан­совая.

В 1988 году, когда началась ли­бера­ли­зация при Горбачеве, я стал зав.сектором в Ин­сти­туте внешнеэкономических связей. Нес­мотря на мою предыдущую ра­боту, свя­зан­ную с секретной ин­формацией, мне дали си­ний вы­езд­ной паспорт, и я смог вы­ехать за границу. В первый раз сразу ока­зался в “ци­тадели импе­риа­лиз­ма” – в Нью-Йорке. По­том еще наез­дил очень много за эти годы: в США несколько раз, поч­ти во все страны Ев­ропы, в Китай, Корею, Монголию. В свя­зи с либерализацией внеш­неторго­вой дея­тель­нос­ти надо было ре­шать много во­просов: кон­вер­ти­ру­емость рубля, взаи­мо­­рас­четы, расши­рение экс­порта и так далее.

И по Союзу много езди­ли с семинарами, лекциями. Прове­ряли, го­товы ли пред­п­­риятия к внеш­нетор­го­во­му сотруд­ни­чест­ву. Люди же вообще ничего не знали об экс­пор­те. Я куриро­вал, на­пример, “АвтоВАЗ”, Эн­гельс­ский трол­лейбусный завод, Горь­ков­ский автомо­бильный завод. Да­же по­могал в выгод­ных сдел­­ках. Нап­ример, по­став­ка трол­лей­­бусного парка в стра­ны Ла­тинской Аме­рики.

– АВиктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республике когда вы пере­шли в бан­ков­скую сфе­ру?

– Да вот так и про­изо­ш­ло постепен­но. Пред­при­ятия могли уже само­стоя­тель­но вы­хо­­­дить на ры­нок. Но потребо­ва­лась работа по соз­да­нию внеш­неэко­но­ми­чес­ких струк­­тур, фирм, которые бы го­то­­ви­ли договора. Мы на­­чали потихонечку этим за­ни­­­маться в ин­с­ти­туте. То есть мы, мо­лодые уче­ные, бы­ли на пере­довой. В про­цессе этой работы мы выхо­дили на ком­мер­чес­кие бан­ки. Тог­да в 1989 году они только на­чали созда­ваться.

Одним из первых был кооперативный, мо­ло­­дежный “Кредо банк”. Он первым по­лучил гене­ральную лицензию на пра­во ва­лют­ных опе­раций. Наша команда, три эко­но­мис­та и один юрист, все – кан­ди­даты наук, с год про­ра­ботали по дого­во­рам и затем бы­ли приг­­ла­шены ра­бо­тать в этот банк. Соз­дали отдел, у нас была сначала ма­ленькая ком­натуш­ка, один компь­ютер. Банк бурно раз­ви­вался, первым внед­рил кредитные кар­точ­ки и мно­гое дру­гое. Прора­ботка всех этих операций была на­шей функцией, научных работ­ников. Кстати, там я работал на од­ном этаже с Алек­сандром Ива­новичем Гуровым, одним из ны­нешних лидеров “Единства”. Он тогда был начальником Службы безопасности банка.

В 1993 году я был послан на учебу в США на высшие курсы банковского дела. Эту учебу для наших банкиров организовали Центробанк России и Феде­раль­ный резерв­ный банк США. Учи­лись под Нью-Йорком, три неде­ли были на практике в штате Ар­кан­­зас – родном штате пре­зидента США. У ме­ня есть пись­мо, адре­сованное мне, с благо­поже­ла­­ниями, подписанное собст­вен­норучно Биллом Клинтоном. Вот оно, можете по­смо­треть (по­ка­­зывает).

Потом в этом банке уже стало неин­те­ресно, скучно: все уже было сделано, наката­но. Решил перейти на другую работу.

– Это ваш жиз­нен­ный принцип – по­сто­­янное стремление к нова­торс­тву?

– Да, осваивать и внед­рять, осваивать и внедрять.

– За что вы приня­лись на сле­ду­ющем этапе?

– Некоторое время про­ра­бо­тал в Инже­нер­но-инно­вационном банке, потом в “Ист­бридж­­банке”. В это время банковская сфера пошла вниз, я, как председатель правления, успешно продал этот банк.

Мой научный руководитель все настаивал, чтобы я прини­мал­ся за докторскую диссер­та­цию. Пе­рейдя на более спокой­нуюВиктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республике ра­бо­ту руководи­телем одно­го из от­де­лений боль­шого банка “Рос­сийский кредит”, я занялся дис­сертацией Но тут – август 1998-го. Кризис! Кошмарная осень…

В декабре 1998-го я ушел, восстановил силы. Сейчас рабо­таю здесь, раз­ви­ваю биз­нес банка, его от­деления. Мой кабинет вице-пре­зи­ден­та в цен­тральном офисе на Цвет­ном буль­варе, а здесь надо разво­ра­чивать кас­совые опе­ра­­ции с на­лич­­ностью. Я Вам потом по­ка­жу кас­сы, депо­зита­­рии, хра­нилища, кото­рые мы об­ус­т­­раи­ваем. Нала­дим здесь работу, а потом я уй­ду сно­ва к себе, здесь будет управ­­­ляющий.

Мы занимаемся драго­цен­ны­ми металлами, кре­дитами и дру­гими вида­ми банков­ского биз­неса.

– Докторскую дис­сер­­тацию про­дол­жа­ете?

– Пишу. Она готова “в го­ло­­ве”, осталось толь­­­ко на­пи­сать. Посвящена фон­довым рын­­кам.

– А переводами еще занима­етесь?

– Да, у меня появилось но­вое направ­ление. Я пере­во­жу книгу Кужугета Сере­еви­ча Шой­­­гу с тувинского на русский. Назы­вается она в переводе с тувинс­кого “Люди и время”. Это та же книга, кото­рая издана в Кызыле как “Перо черного гри­фа”, но уже допол­ненная ав­тором и с но­вы­ми фотог­рафиями, в том чис­ле с фото­гра­фиями Сер­гея Ку­жу­­гет­о­вича.

– Расскажите, по­жа­­луйс­та, о сво­ей семье.

– Я не буду гово­рить в под­робностях, посколь­ку рабо­таю в бан­ке, и такая инфор­ма­ция, как правило, не раз­глашается. Есть вну­ки от дочерей, обоим по три го­да. У меня хоро­шие кон­­­такты с зять­ями, один работает со мной, состо­явшийся бизнес­мен, вто­рой – вчерашний студент.

Хотел бы от себя вот что сказать: я счи­таю, что сос­тоялся как общест­во­вед, все время зани­мался эконо­ми­кой в комплексе с соци­аль­ной психологией, в том числе и межна­цио­нальными отно­шениями.

СейВиктор Норбу: Тувинская диаспора в Москве готова сделать все, чтобы помочь нашей республикечас исклю­чи­тель­но бла­гоп­риятные ус­ловия, для того, чтобы придать эконо­мике Тувы новый импульс. Ни­когда прежде у нас не бы­ло зем­ляков на все­рос­сийском уровне, которые входили бы в федеральное прави­тель­ство и которые были бы столь бла­гоже­ла­тельно настро­ены по отношению к своей ма­ленькой родине. Это надо грамотно ис­­поль­зо­вать и реализовать. Надо вдох­нуть им­пульс ини­циативы в местное хозяйство. Для этого надо использовать все ресур­сы, ко­торые сей­час есть, и привлечь извне те, кото­рые не прине­­сут ущерб населению и эко­но­ми­ке. Сейчас, после изб­ра­ния президентом Пу­тина, у нас будет, по крайней мере, восемь лет ста­биль­ности в России. Что и инте­ресует ин­весторов.

И я со своей стороны как раз работаю над привлечением инвес­тиций в республику, в том числе иностранных: веду пере­говоры с амери­кан­цами, перепи­сываюсь с японцами, с Южной Кореей. Это реальные деньги, кото­рые сейчас смело пойдут, их надо просто ис­поль­зовать. Например, в геоло­гическую раз­вед­ку. Мы сможем дать народу возмож­ность зара­батывать.

Нужна консолидация, чтобы все ветви власти и общественное мнение были едины. Надо рабо­тать как внутри республики, так и по линии “Кызыл – Москва”. В частности, я считаю, что у нас в Москве уже большая диаспора тувинцев, и мы все готовы, кто что может сделать, помочь нашей рес­публике. Сейчас откры­ваются очень широ­кие воз­можности.


Прошло время...


В день 50-летия Виктора Норбу – 22 мая 2000 го­­да состоялся запуск амери­кан­ской ракеты «Атлас», оснащенной рос­сий­ским двигателем «РД-180». Виктор Яков­левич в 1997 году в ка­честве генерального директора консал­тин­го­вой фирмы «Эка­центр» участво­вал в раз­ра­бот­ке и под­пи­сании контракта между НПО «Энергомаш» (Россия) и раке­то­­строи­тель­ной корпорацией «Пратт и Уит­ни» (США) по закупке аме­риканцами рос­сий­­ских технологий по про­изводству ракет­ных двигателей. В результате долгих и труд­ных переговоров с помощью юристов и эко­но­мис­тов консалтинговой фир­мы удалось су­щес­твенно увеличить при­быль россий­ских разработ­чи­ков и сохра­нить их права и при­­оритеты. Для того, чтобы сде­лать такие на­деж­ные дви­га­тели, амери­кан­цам пришлось бы потра­тить не менее 20 лет.

Сейчас этот проект успеш­но развивается дальше. Высо­кая технология, на которую ра­бо­­та­ли предыдущие поколе­ния, начинает теперь кормить Рос­сию.



Фото:

2. Виктор Норбу (справа) с сестрой и братом Юрием, сейчас полковником МВД.

3. Будущий экономист-банкир с мамой, отцом и сестрой. 1955 г.

4. Яков Норбу (первый справа) – оркестрант кызыльской роты Почетного караула армии Тувинской Народной Республики. 1944 г.

5. Виктор Норбу в США с коллегами по высшим курсам банковского дела. 1993 г.

6. Витя Норбу (второй справа во втором ряду) с одноклассниками. Ученики школа №7 в кызыльском парке. 25 мая 1961 г.

7. Тувинские школьники – победители олимпиады – на фоне Главного здания МГУ, в котором Витя Норбу затем учитлся на экономическом факультете.

 

Беседовала Чимиза ДАРГЫН-ООЛ

 (голосов: 1)
Опубликовано 17 мая 2000 г.
Просмотров: 3258
Версия для печати

Также в №21:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Людмила Костюкова Александр Марыспаq Татьяна Коновалова
Валентина Монгуш Мария Галацевич Хенче-Кара Монгуш
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2018 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru