газета «Центр Азии»

Суббота, 18 ноября 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2001 >ЦА №13 >Людмила Бузина: Тувой я живу

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Людмила Бузина: Тувой я живу

Люди Центра Азии ЦА №13 (23 — 29 марта 2001)

КЛюдмила Бузина: Тувой я живуогда я собиралась в октябрьскую командировку в Москву, Эльвира Лифанова, редактор газеты “Информ Плюс”, зная, что я вез­де, где бываю, стараюсь встретиться с земля­ками, посоветовала: “Будет время, обязательно сходите в гости к Людмиле Александровне Бу­зи­ной – она работала режиссером в тувинском те­атре, а сейчас живет в Доме ветеранов сцены. Удивительная женщина, столько энергии, столь­ко любви к театру! До сих пор помню, как она меня маленькую во МХАТ водила”. “А не буду ли я в тягость человеку?” “Что вы! Вы толь­ко скажите по телефону, что из Тувы она так обрадуется! Сами увидите”.

Эльвира Сергеевна снабдила меня номе­ром телефона. Я еще подивилась, что у жи­вущего в Доме ветеранов свой, персо­нальный телефон. А потом все получилось, как она и гово­рила. Как только я пред­ставилась, в трубке раздалось радостное: “Из Тувы?! Конечно, конечно, приходите. Когда вам удобно? Я буду ждать”. И вот еду.

Метро “Измай­ловский парк”. Дальше – автобусом, кото­рый, минуя жилые массивы, въезжает в пар­ко­вую зону. Остановка у Дома ветеранов – только по требованию: нечасто, значит, ездят сю­да посетители, да и сами живущие здесь ак­теры и режиссеры нечасто покидают этот дом.

Ограда, небольшая металлическая калит­ка, над которой надпись “Дом ветеранов сцены имени А. А. Яблочкиной”. Асфаль­тированная дорожка упирается в окру­жен­ный деревьями главный корпус, напоми­нающий очень хороший, ухоженный сана­торий. Дежурный вахтер любезно интере­суется, к кому иду, подсказывает: “Вот сюда, пожалуйста, на вто­рой этаж”.

Широкая лестница, огромные окна, холл с пальмами и роялем. А вот и квартира №15. Здесь не палаты, не комнаты, а квар­тиры. Даже в этом наименовании – уважение к жи­вущим здесь. Да, и действительно: это ма­ленькая, но своя, собственная квартира, со сво­ей мебелью, которую решил привезти с со­бой, с прихожей и своей ванной комнатой. И со своими дорогими фотографиями на сте­­­нах.

Маленькая, лучащаяся теплом и радостью женщина приветливо встречает меня. И тут же забрасывает вопросами: “Как там Тува? Как театр?” С большим трудом мне удается перевести разговор на нее лично: было очень интересно узнать – откуда такая пре­данная и искренняя любовь к респуб­лике, ее куль­туре, людям искусства у человека, ко­торый про­вел в Туве всего лишь одну восьмую часть своей долгой и насыщенной жизни?

– Людмила Александровна, а как вы попали в Туву?

– Я работала актрисой – в Малом театре, а потом приехала в Польшу актрисой там был большой армейский театр. Но затем войска сократили и театр закрыли. Меня пригласил командующий и предложил ос­тать­ся – организовать в Доме офицеров са­мо­­дея­тельный коллектив: драматическую студию. И ко мне в студию пришли три сол­дата: Лифанов, Коновалов и Сенчин. Из Ту­вы. И такими они оказались: самыми веду­щими, самыми способными, самыми лю­бимыми. Иг­рали главные роли. Вокруг них еще органи­зовалось ядро, и мы ставили боль­шие спек­такли «Коллеги», «Дорогой от­цов», «Иван Рыбаков».

Для солдат, офицеров и их семей театр был такой отдушиной. Офи­церы прямо в летных костюмах, не за­ходя домой, спешили на репетиции. Были у нас и духовой оркестр, и эстрадный, и народных инструментов и хореогра­фи­чес­кая студия. Ставили большие праздничные композиции. Выезжали на гас­тро­ли и в наши части, и в части польской ар­­мии, и к нам в Дом офицеров на спек­такли поляки приходили. Выделялись луч­шие деко­рации, костюмы. “Мы должны по­ка­зывать совет­скую действительность в ши­кар­ных костю­мах!” – говорил начальник Дома офицеров.

А в Людмила Бузина: Тувой я живу1967 году, к 50-летию октября, мне командующий сказал: “Давай, рви на пер­вое место в фестивале”. И мы получили пер­вое место. А меня за все это пригласили в Мос­ковский Дворец съездов, режиссером ре­чевого жанра огромного концерта к 50-летию Октября, в котором участвовали народные коллективы из всех республик Союза. Три месяца готовили этот гранди­оз­ный концерт. Все прошло замечательно, три концерта бы­ло: первый – для прави­тельства, второй – для профсозов, третий – для военных.

И тут приходит телеграмма из Тувы: при­глашают режиссером в тувинский театр. Ока­зывается, мои солдаты-актеры студии, от­слу­жив, вернулись в Туву, и их после той шко­лы, которую они прошли в Польше, сразу взяли работать в театр професси­ональ­ными актерами. Они и рассказали обо мне. Меня еще в театр Северного флота в Мур­манск приглашали. Но туда я не поехала, а поехала сразу после конкурса в Туву – ведь там были мои ребята.

И вот в Туве и началась моя профес­си­о­наль­ная работа как режиссера: и играла, и ста­вила спектакли. Первый – “Твой дядя Миша”, потом “Женский монастырь”, “Объ­яс­­­нение в ненависти”. А через два года ре­ши­ла поступать на Высшие режиссерские курсы. По­ехала в Москву, поступила. Потом – во­­семь лет в Московском ТЮЗе: актрисой, за­­ве­ду­ющей литературной частью, режиссером.

А тут приезжает как-то Сергей Лифанов и говорит: “Поехали опять к нам!”. “Да, на­вер­ное, все места заняты?” Позвонили Ва­лен­­тине Владимировне Оскал-оол (прим.: в то время заместитель министра культуры республики). Она: “Немедленно приезжай!” И тут же телеграмма – вызов, подъемные. И увез меня Лифанов снова в Туву (смеется).

Когда пришла в театр, это была такая встре­ча, как будто не было и восьми лет – как будто не уезжала! А уже построили но­вое здание театра – такая сцена, такие воз­можности – роскошь! Ну, я всем этим и вос­пользовалась. С таким наслаждением вру­билась в работу!

Дали мне роскошную трехкомнатную слу­жебную квартиру. Но зачем мне она? Если я в два часа ночи только освобождаюсь, зачем мне квартира, куда я поеду? Так в своем кабинете в театре и жила. Выходила, если только в Совмин вызывали или в об­ком (смеется). Так что театр был моим домом.

Тува для меня – это лучший кусок жизни. Десять лет, но мне кажется, что они вмещают всю мою жизнь. Это было самое счастливое время в моей жизни!

Я скажу так: я влюбилась в тувинский народ, я была просто потрясена талантом тувин­ских актеров! Выпускники ленин­градской театральной школы – это высший класс: и культура, и этика, и отношение друг к другу, к театру. Первый спектакль, который я увидела еще на сцене маленького старого театра, был «Хайыраан бот». Он шел без перевода. И вы знаете, я все поняла – такая глубина, такой темперамент, такие страсти. И глаза, в которых я все могла прочесть.

Потом выпускники-щукинцы – тоже пре­красная школа. Потом набирали курс в Гне­син­­­­­ское училище. Валентина Влади­миров­на каж­­дые полгода посылал меня их «пасти» – на экзамены.

Ставила спектакли и с русской, и с ту­вин­ской труппой. Поставили спектакль «Се­ре­б­ряное копытце» – очень красивый: све­тя­щиеся фигуры на светящемся кругу, из-под ножек бегущего козленка, словно све­тящиеся камушки вылетают.

Приехали в Абакан на гастроли. А там говорят: «Нам надо на русском». И актеры моментально перестроились и великолепно сыграли на русском – без всякого акцента.

Я сама, как режиссер, выросла на этих четырех замечательных поколениях тувин­ских актеров. С русской труппой работатЛюдмила Бузина: Тувой я живуь было тоже интересно, но трудности были, по­­то­му что актеры разных школ были соб­раны их разных театров страны, но были и без специального образования. А тувинская труп­па – это талант, высокий професси­о­нализм плюс дисциплина. И работа с ней бы­ла для меня настоящим праздником.

Я преклоняюсь перед стариками – са­мым первым поколением артистов. Кончает­ся репетиция – они не расходятся: «Еще вот это место надо попробовать отрепетиро­­вать». Репетиция в одиннадцать – они заранее уже в зале. Молодежь уже была не такая: репе­ти­ция закончилась – раз и нет никого (сме­ется). Если бы не это выселение, я бы никогда не уехала (вздыхает).

– А что это за история с высе­лением?

– Из нашего аварийного старого москов­ского дома на улице Герцена к 1985 году уже всех выселили, электричество, отопление отключили. Одна моя квартира осталась. Что делать? Если бы не это высе­ление… Вален­тина Владимировна Оскал-оол говорит: ну как-то надо остаться работать, на­до гото­вить­ся к 50-летию театра, а кто будет режиссером концерта? «Валентина Влади­мировна, – го­ворю, не прибедняйтесь. Хватит тащить мос­квичей – своих талантов полно!». Вот Ироч­ка Лопсан – талантливая актриса, вели­ко­лепная ленинградская школа. Высшие ре­жиссерские курсы окончила, блестящую дет­скую сказку поставила. И многое, что сде­лала. Очень талантливая девочка! Потом она и возглавила театр. Но мне рассказали, что она недавно умерла… (Замолкает).

Какие талантливые актеры! Чылгычы Он­дар! Он играл у меня главную роль, был пом­режем, а теперь он министр культуры. А Витя Наксыл! Это моя любовь. А Надя Нак­сыл, моя любимая ученица! Эта красотка, она была так хороша в «Тартюфе»! В Москве в Доме актера читала на тувинском из «Бах­чи­сарайского фонтана». Сергей Юрский, пред­­­се­датель жюри Пушкинского фести­ва­ля, спро­­­сил: «Где вы учились? Вы так хо­рошо чи­таете!» Она отвечает: «Моя учи­тель­ница здесь». Я встала – аплодис­менты, я по­красне­ла, разревелась. Она получила вто­рой диплом.

Раздается деликатный стук в дверь. В ком­нату входит прямая, как струна, жен­щина. Людмила Александровна представ­ляет нас друг другу.

– Моя подруга Галочка, Галина Дмит­риевна Савельева. Ве­ду­щая актриса Душанбе. А это моя гостья из Тувы.

Галина Дмитриевна: Очень приятно. Я столько о Туве наслышана! О Туве – так только в стихах буквально.

Л.А.: Это моя гордость, моя подруга… На­родная актриса. Талант. Основа основ всех наших концертов. Я мечтаю сделать с ней спектакль, но она сама сделала такой моно­спектакль! – «Смех лангусты».

Г.Д.: (деликатно). Я зайду позже. Не буду вам мешать.

Л.А.: Галочка, не уходи, помоги мне! Мы со­би­раемся чай пить, а у меня сегодня с но­­гами плохо. Проходи, поставь чай, и мы вместе будем разговаривать. (Галина Дмит­риевна кивает и уходит за чайником, а хозяйка продолжает свой рассказ).

 Галя была украшением курса. Две кра­сотки у нас были: она и Женя Егорова. Бо­рис Андреевич Бабочкин, руководитель кур­са восхищался ими. А мы все боготво­рили его! Наш Чапаев! Я и родилась в го­ро­де Ча­па­евске и училась у Чапая и в Ма­лый театр была приглашена на роль в его спектакль.

Потом жизнь разбросала нас в разные стороны. Только здесь и встретились. Женя стала режиссером в Магадане и на Цен­траль­­­ном телевидении, а Галя уехала в Ду­шанбе. Там стала ведущей актрисой, получила народную, вся в орденах. Когда она выходит читать – это наслаждение! И поет еще. Гур­ченко она за пояс заткнет! (Улы­бается).

В Душанбе все потеряла. Муж был ху­дожник, ведущий актер. Там умер. Шикарная квартира. Все оставила. Приехала в Москву в трех платьях. Последний самолет – она ничего не могла взять. Шла стрельба. Там же, помните, было противостояние двух кла­нов. Кланы дерутся! Вот беда наших руково­дителей российских, что они это не учиты­ва­ют. Вот все время этот... который у нас по на­ци­ональным вопросам... все время забы­ваю его фамилию – интел­ли­гентный такой, дагес­танец…

– Абдулатипов?

– Да. Он все время го­ворит: поймите, Кавказ, Азия – это совершенно дру­­гая при­рода людей, вся жизнь строится по-дру­гому.

Галина Дмитриевна воз­­­­вра­щается с чай­ником. Люд­мила Александ­ровна достает заранее заго­тов­ленный торт и под­вигает ко мне какой-то осо­бый ап­пе­титный пиро­жок: по­ка мы беседовали в ком­на­ту вежли­во, не прерывая наш разговор, вошла де­жур­ная в белом халате – при­нес­ла обед и пирог на де­серт. Тем, кто приболел, не надо идти в просторную столовую, рас­поло­женную тут же, на этаже. Все приносят прямо в «квар­тиру».

ГЛюдмила Бузина: Тувой я живуалина Дмитриевна, у вас та­кая судьба: потерять дом, став­ший родным город, театр, уле­тать бе­жен­кой на пос­леднем само­лете…

– Не знаю, был ли он пос­ледний, но поскольку дорогу все время взры­вали, то мы могли только тряп­ки с собой увезти. Все бро­сили. Мы с мужем по­ехали в Таджи­кистан из Моск­вы и сорок лет там рабо­тали. В Ду­шанбе был очень сильный театр. И в 19Людмила Бузина: Тувой я живу92 году, когда уже про­стре­ливался наш дом на Те­ат­ральной пло­ща­ди и окна у нас были за­ло­жены ма­трацами, по­душками, нам, ак­терам, достали билеты на само­лет. Срочно, за сутки соб­ралась.

Самолет был перегружен, люди стояли в проходах, я сидела где-то на тыч­ке, около ту­алета. Командир самолета хва­­тался за го­лову: «Я не знаю, как подниму в воздух са­молет». Но никто не боялся никакой ката­строфы, все думали – только бы улететь!

Л.А.: Знаете, мне сначала предлагали в ка­кой-то специальный Дом ветеранов в Пе­ределкино – с продлением жизни, с каки­ми-то американскими учеными. Для их вра­чей моя квартира очень подходила, потому что рядом. «Мы вас берем!» А я говорю: «Нет! Я поеду только к своим – к актерам».

Г.Д.: Вы представляете, мы учились на одном курсе во ВГИКе и здесь через пять­десят лет встретились!

Мне уже все о вас рассказа­ли, Га­­лина Дмитриевна: вы бы­ли кра­сави­цей, и сам Ба­бочкин был в вас влюб­лен.

– Ну-ну… (Галина Дмитри­евна улыба­ется и машет руками). Просто была хоро­шенькой.

Л.А.: Не надо! Ослепительной красавицей!

– Людмила Алексан­дров­на, а как вы начали свою те­атральную жизнь?

– Я школу закончила в Пен­зе в 1941 году. Началась война, и мы пошли всем классом в воен­комат. У нас в классе все зна­ли Людмила Бузина: Тувой я живунемецкий язык, и маль­чи­ков всех взя­ли в разведку. Все они погибли…

Девочки все знали санитарное дело, и нас взяли в госпиталь размещенный в нашей же школе. Я днем работала в военном отделе в обкоме партии, а потом – шифровальщи­цей в особом отделе. А по ночам мы работали в гос­питале. Ездили на вокзал, привозили ра­неных. Носилок не хватало – на себе тас­ка­ли. Бом­беж­ка, обстрел, тут же в госпитале у меня кровь качают, тут же раненного пере­вязываю, мою.

Я подала документы во ВГИК. Мне при­шел ответ: «Весь инсти­тут ушел в ополчение. Прием закрыт». А через год узнала, что ин­сти­тут эвакуировали в Алма-Ату. И я по­ехала поступать туда. Но боялась не пройти, потому что никаких особенных данных у ме­ня не было. Я любила театр и животных. По­­дала доку­менты одновременно и во ВГИК, и в Тимирязевскую академию, кото­рая была эвакуирована в Самар­канд. Меня ту­да без экзаменов зачислили, потому что бы­ла от­лич­ницей. Но тут прошла и конкурс во ВГИК.

Ну, что все обо мне? Это наверное ни­кому не интересно. Лучше вы расскажите: как там в Туве мои артисты? Как моя лю­бимая де­воч­­ка, которая возглавляет ТЮЗ, Ай­ла­на Ча­дамба?

– Айлана Леонидовна? Также воз­главляет ТЮЗ. В 2000 году мы ей вру­­чали диплом «Человек Года» в но­ми­нации «Искусство».

– Она мне очень нравится. Ей надо про­фессиональный ТЮЗ организовывать. Я не знаю, почему до сих пор не сделали про­фес­сиональный ТЮЗ. А от русской труппы что-нибудь осталось?

– Актеров всего несколько, спек­так­ли почти не ставили. В послед­нее время набрали молодежь, стали возрождаться.

Г.Д.: В Душанбе тоже был Академи­ческий театр, и ничего не осталось (тяжело вздыхает).

Л.А.: Ну, Алеша Ооржак мог бы со всеми труппами спектакли ставить – он все может. Витя Кузин был ведущим акте­ром. С ним можно было делать все! Мне рас­сказали, он ушел из театра… А Оля Ку­зи­на, моя лю­би­мая тоже ушла? Мне сказали – в торговлю?

Да, продает в ювелирном мага­зине, очень переживает, что при­шлось уйти.

– Как жаль, такая прелестная, подвижная, преданная театру, звание получила… А Чер­ников еще работает? Черников – это чудо! И возраст у него, и здоровья нет, но он фа­натик театра! С ним так интересно работать. А Люда Волошина – это таЛюдмила Бузина: Тувой я живукой гример! что угодно может сделать. Ваня Бершанских и его жена Нина Бершанских – они где?

– Иван давно ушел из театра, на радио, в газетах работает. А Нина игра­ет. Четыре актера, ветерана рус­ской труппы, прекрасный спек­такль показали – «Прибайкальская кадриль».

– Могут! Вы знаете, когда мы в 1984 году проводили в Москве Дни Тувы в честь 40-летия вхождения в состав Советского Союза, это был такой триумф тувинского теат­ра, тувинского искусства. В концертном зале «Россия» был огромный концерт! Мы при­вез­ли хор, горловиков, танцевальные ан­самбли – все жанры. А закрытие уже прохо­дило в театре Ермоловой, где прохо­дили спек­­такли театра.

Концерт в «России» был блестящим! Пом­ню, был кусочек из «Дерсу Узала», в ко­тором должны были участвовать Максим Мунзук и Юрий Соломин.

Сначала кадры из фильма, а затем – они сами появляются и продолжают сцену. Я работала до этого в Малом театре, и хорошо Со­ломина знала. Позвонила: «Юроч­ка, не опоз­дай! Все на компьютере, ничего пере­ставить нельзя». Он пообещал. Но… он за­держался. И вот уже идут кадры фильма, а его нет. Я думала, с ума сойду! Говорю Мак­симу Монгужуковичу: «Выходи один». Он вышел в костюме Дерсу Узала – овация. И в это время бежит Соломин, его на ходу переодевают. Он выходит на сцену и ...го­ворит: «Ну, как ты, Максим Максимович, поживаешь?» (Хохочет). Мы все за сценой влежку! Ну, тут опять овация, они быстро за это время успели переговорить, сориен­тировались и закончили сцену.

Огромный оркестр, дирижер Витя То­ка. Потом запел огромный хор – все в белых ат­ласных национальных костюмах.Я до сих пор это помню. Соломин был в таком вос­торге от всего этого, говорит: «Надо прие­хать в Туву».

Но он так и не смог приехать. А вот Алла Пугачева в 1978 году приезжала и в течение шести дней давала по три концерта в день, свои балахоны только успевала менять и уже прямо падала. А у нас была библио­текарь, которая очень хорошо умела варить тувинский чай с молоком. И Пугачеву этим чаем поили. Она выпила пиалу: «Ребята, после этого чая, я могу еще сто кон­цертов дать! Научите, как такой чай варить!»

Да вы кушайте, кушайте пирог. У нас здесь вкусно готовят эти пироги с рыбой.

– Спасибо, я ем, времени не те­ряю (смеемся). Действительно, очень вкусно. И уютно у вас очень. Я когда вошла, просто поразилась: ковры, пальмы, рояль. Сравнила с нашим кызыльским Домом вете­ранов – не­бо и земля, конечно.

– Да, здесь, как у Христа за пазухой. Я рада, что сюда попала. Знаете, во-первых – возраст, а во-вторых – суставы, спина. Когда я в Туве жила, ничем не болела – там климат сухой. А приехала в Москву – начались обос­трения. И врач мне говорит: «Идите в Дом ветеранов, пока на своих ногах, а то не возьмут» (улыбается).

Мне не хотелось, по­тому что за свою ком­муналку на улице Гер­цена получила роскош­ную квартиру – сорок пять метров в Солн­цево. По­жи­ла там пять лет, а потом думаю: «Нет, пойду, пора»

Здесь мне очень хорошо. Конечно, сейчас, не так как раньше: тогда и одевали, обували. Сейчас, конечно, Союз театральных деятелей нас так уже не может содержать. Нас пре­красно кормят, убирают, медицинское об­служивание хорошее. Никаких хозяй­ствен­ных забот, гуманитарная помощь.

Питание по заказу. Можем выбирать блю­да из четырех вариантов. Одна четверть пен­сии остается нам, а три четверти – Дому ве­те­р­анов. В воскресение у нас столовая не рабо­тает, нам дают фрукты – разгружаться. Мы с Галей берем яблоки.

В праздники дирекция накрывает нам та­­кой стол! Шампанское, икра, балык, семга, вет­чина, сладкий пирог! Союз театральных деятелей одаривает шоколадками и косме­ти­­ческими наборами. А «Бенефис» – есть та­­кая организация при Союзе – присы­лает нам продуктовые наборы с деликатесами. Еже­месячно доплачивает к пенсии по триста руб­лей. Сделали ремонт нашего меди­цин­ско­го кор­пуса, отделали – блеск!

Да вы кушайте тортик!

– А трудно сюда попасть?

– Раньше трудно было. А сейчас глав­­ное – квартира: сдаешь свою квартиру – и все.

Рассчитано на сто человек, а живет сейчас семьдесят. Почему-то мало сейчас идут. Ви­димо, кто состоятелен, нанимают дома че­ло­века для ухода. А у бедных квартир нет.

– Людмила Александровна, дав­но хотела поинтересоваться: у вас над диваном висит такая красивая большая фотография. Это вы с кем сняты?

– Это я со вторым мужем. Первый муж был архитектором, на десять лет старше ме­ня.Не хотел, чтобы я в театре работала. Я ушла, но мы остались большими друзьями.

Второй муж на двадцать лет моложе ме­ня. Солдатом был в Польше, из-за меня ос­тался сверхсрочником. Один из моих актеров драмстудии, друг Сережи Лифанова. Когда при­е­ха­ли в Туву, в семье Лифановых и жили – у самых близких нам людей.

Потом получили квартиру во дворе теат­ра. Он так за мной и ездил. И в Туве рабо­тали вдвоем, и в московских театрах. Про­жи­­ли вместе пятнадцать лет. Когда я поехала снова в Туву, просился со мной. Я сказала: нет. По­то­му что он стал пить.

Сейчас живет в Хабаровске. Образумился, возглавляет огромный Дво­рец культуры, ставит спек­такли. Приез­жал ко мне в Москву с новой семьей, с ребенком. Я ему надава­ла вся­ких пьес. Эта фотография шестьдесят седь­мого года: мне – 44 года, ему – 24.

– Ой, а я думала, вам на этом фото чуть больше двадцати.

– Я молодо очень выглядела. Непри­лично молодо. Не-при-лич-но (смеется). А потом – пополнела, потом – похудела. И стала старая.

– Ну, слушая вас я бы этого не ска­зала. Вы ведь и здесь, с вашей энер­­­гией, режиссерской работой за­ни­маетесь?

– Когда я приехала сюда, семь лет назад, думала: буду ставить спектакли. Здесь есть очень сильные актрисы. Хотелось бы чтЛюдмила Бузина: Тувой я живуо-то сделать. Но дефицит мужского населения. Все уже в возрасте, много долгожителей – не­­которым за девяносто лет. Мы было на­ча­ли «Свои люди – сочтемся» Остров­ского. Тема эта сейчас так актуальна – все эти взят­ки, денежные бумаги, обманы, продажи. Но один заболел, другой актер, который должен был играть Подхалюзина, умер… А я не имею права вводить людей в работу, которая не состоится. Да и здоровье мое подводит: вот сейчас хожу нормально, а иногда не могу и шагу ступить – такие боли в ногах и спине. Так что пока у нас бывают прос­то кон­церты. Ко всем праздникам. Ак­те­ры читают, поют, делают литературные ком­позиции. Иногда, по возможности, помогаю.

Но все равно еще мечтаем сделать боль­шую работу. Я говорю: «Мне сейчас семь­десят семь, а вот к восьмидесятилетию что-ни­будь поставим» (cмеется).

Отчасти театр мне заменяет телевизор. Смо­трю все программы о культуре. Тут как-то ночью показывали «Антропологию» Ди­мы Диброва, и вдруг я вижу горловиков из Тувы. Такая красота! Я пытаюсь дозвониться по телефонам студии, сказать: «Ребята, я так рада вас видеть!». Но столько звонков было, невоз­можно было пробиться…

В комнату входит Галина Дмитриевна, незаметно выходившая во время нашего разговора. В руках она держит большой лист ватмана. Разворачивает.

Г.Д.: Это я для интереса принесла. Муж мне коллаж сделал – мой портрет в окру­жении ролей. Когда улетала из Душанбе, скатала его в рулон и увезла (вздыхает). Вот так… Вы еще побудете?

Увы, мне надо торопиться. Хоть наша встреча и длилась три ча­са, но уходить не хочется. Однако надо – на 19 часов взяла билет в театр.

Людмила Александровна забес­по­ко­илась: раз билеты, надо идти, в театр опаздывать нельзя. А когда узнала, что билеты в театр имени Маяковского, и сов­­сем раз­волно­валась.

– Это же прямо на­против дома, где я сорок лет жила. На улице Гер­цена! Там, на улице Гер­цена, все у меня жили. Там у меня был тувинский штаб – кто в отпуск едет, из от­пуска, учиться – все у меня. Это было такое наслаждение, и я с Тувой несколько лет связь не прерывала. И в Солнцево тоже при­езжали. А сюда только Сережа Лифа­нов при­езжал и его дочка – красавица Эльвира…

Людмила Алексан­­дров­­­на провожает меня до лестницы. По дороге пока­зывает огромный зрительный зал, где актеры-ве­тераны дают свои концерты.

Показы­вает бюст Алек­сан­дры Яблоч­ки­ной, ак­трисы Малого театра, народной ар­тист­ки СССР, с 1917 года воз­глав­лявшей ВТО. Ак­триса прожила долгую жизнь – 98 лет (1866-1964 годы) и кроме множества сыг­ран­ных ролей оставила о себе и эту память – Дом ветеранов сцены, дом для актеров, отдав­ших себя целиком те­атру и остав­шихся одинокими. В этом доме они окру­жены заботой, они не по­ки­нуты. Они среди своих.

И только чуть заметная грусть в глазах, которую они стараются не пока­зывать ни гостям, ни друг другу…

Прощаясь, Людмила Александровна сказала:

– Вы знаете, вроде бы, так много было всего в жизни и работе: 15 лет в Малом те­атре, 17 лет – в Московском ТЮЗе, в теа­тре киноактера, в оперетте работала. Но са­мое яркое в жизни – это Польша, где на­чина­ла ре­жиссерскую работу, где были пер­вые уче­ники, и Тува – это такие воспо­минания, такое тепло! Всем, всем в тувинском театре – большой привет, поздравления за все успехи. Тува – это для меня все. Этим, Тувой, я сейчас живу…

«Центр Азии» № 13 от 23 марта 2001 г.

Фото:

2. Людочке – 10 лет. 1933 г.

3. 4. 5. Такая разная Людмила Бузина... Роли в московском ТЮЗе и Малом театре.

6. Посвящение в актеры. Театр принимает пополнение – выпускников Московского

Государственного училища имени Б. В. Щукина. Людмила Бузина – первая слева во втором ряду рядом с Максимом Мунзуком. 1978 г. Фото из архива Л. Бузиной.

7. Та самая фотография. Людмила Бузина с супругом. 1967 г.

8. Людмила Бузина в холле Дома ветеранов сцены. 2000 г.

 

Беседовала Надежда АНТУФЬЕВА

 (голосов: 1)
Опубликовано 23 марта 2001 г.
Просмотров: 2203
Версия для печати

Также в №13:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru